Последние новости
11 дек 2016, 01:40
Дом на Намыве в Белой Калитве по ул. Светлая, 6 давно признан аварийным. Стена первого...
Поиск

» » » » 1-я мировая война. Несостыковки в "Тихом Доне"


1-я мировая война. Несостыковки в "Тихом Доне"

1-я мировая война. Несостыковки в "Тихом Доне"

Для того, чтобы понять всю несуразность и необъек­тивность представления в романе этого периода, совсем не надо обладать какими-либо специальными знаниями. Естественно, что в первую очередь должны быть описаны подвиги, тем более, если речь идет о военном сословии.

По сведениям, полученным от Г.И. Маноцкого (ст. Пре­ображенская Волгоградской области) донские казаки по­лучили около 36 тыс. Георгиевских крестов. Получается, что в каждой станице было 200-300 георгиевских кавале­ров.

При таком изобилии недостатка в описаниях подвигов, разумеется, не было. Как говорится, сколько угодно и на любой вкус.

Что же наблюдается в романе? Подробно (на протяже­нии аж трех глав) описан подвиг Кузьмы Крючкова, кото­рый, по мнению автора, таковым вообще не является. Больше описаний подвигов (подробных) нет. Есть пере­числения. Например, в начале 2-й книги на двух-трех страницах перечисляются деяния Григория, за которые он получил 4 креста. Иногда (ну уж очень нечасто) еще встречаются описания (обычно объемом около неболь­шого абзаца) о других подвигах.

Весь суммарный текст, посвященный подвигам, значи­тельно уступает по объему тексту, посвященному так на­зываемой дедовщине (которой, к тому же, в донских пол­ках, в общем-то, и не было). Это - объективное описание казачества? Будет так писать донской казак и тем более офицер?

Подвиг К. Крючкова, разумеется, был, но, пожалуйста, предположим, что его не было, тем более что в любую во­енную кампанию какой-то процент наград вручается, ска­жем так, не совсем за дело. Тем не менее подавляющее большинство наград вручено по праву. Если подвиг К. Крюч­кова был бы «высосан из пальца», то можно его было бы вообще не упоминать. Число героических деяний на­столько велико, что ни сотня, ни десяток, ни уж тем более одно необоснованное награждение, разумеется, погоды не делает.

Нет ни одного подвига офицера. А между тем, донские офицеры получили свыше 200 Георгиевских наград и не­редко ценой собственной жизни [см. вып. №47 с. 28-32]. Даже имея большевистские взгляды, можно было бы изо­бразить героических офицеров. Это делается по очень простой схеме. Да, мол, эти офицеры беззаветно любят Родину, жертвуют жизнью, а также «между прочим» явля­ются носителями марксистских идей. Именно, исходя из подобного рода иллюзий, было принято изображать в со­ветское время офицеров - героев Отечественной войны 1812 г. Они были патриоты, но к тому же (все, как один) вольнодумцы и будущие декабристы (в крайнем случае - сочувствующие декабристам). Забавно в этом плане вы­глядит Д.В. Давыдов, который свой последний чин (гене­рал-лейтенанта) получил за деятельное участие в подавле­нии Польского восстания 1831 г. (разумеется, в многочис­ленных статьях о нем это обычно опускалось).

Итак, одно только это - описание подвигов, а факти­чески их отсутствие в романе, говорит о желании автора представить донское казачество в крайне неприглядном и, по любым меркам, необъективном свете.

На этом, в общем-то, только открыв книгу, можно ее уже и закрывать. Если же все-таки прочел все, относящее­ся к 1-й мировой войне, то, помимо этого, отчетливо ви­дишь классический советский штамп: предтеча револю­ции, сволочи - офицеры, прихвостни - вахмистры и урядники и т.п.

Рассмотрим, что же в данной части романа скрупулез­но (да еще как) изучают антишолоховеды.

*  * *

По мнению А.Г. и С.Э. Макаровых текст романа, посвя­щенный 1-й мировой войне, можно охарактеризовать так:

«Другой важный результат наших исследований воз­никает при попытке освободить «Тихий Дон» (хотя бы мысленно) от соавторских наслоений. Авторский текст в этом случае распадается на несколько полунезависи­мых произведений. Так, например, предвоенные главы «Тихого Дона» написаны человеком, у которого еще не вы­работалось в результате многолетней войны и револю­ции катастрофического сознания и видения мира. Нача­ло мировой войны (третья часть романа) описывается скорее в героической тональности...» [Ml, с. 385]. Инте­ресно, и где же «героическая тональность»?

19 янв 2009, 10:49
Информация
Комментировать статьи на сайте возможно только в течении 100 дней со дня публикации.