Россия во все времена славилась дорогами и дураками, причем последние, как это ни парадоксально, очень часто добиваются больше, чем другие.
В данном случае мне хотелось бы написать об идиотах и тиранах нашего времени - чиновниках.
В произведениях классиков, мы, как нельзя лучше, можем проследить историю русского чиновничества. Хотя эта история отличается от других своей однообразностью, так как все чиновники во все времена работали только на себя, делая при этом видимость заботы о народе.
Петр Яковлевич Чаадаев является одним из ярких представителей философской мысли России западнического направления. Он всегда привлекал внимание историков русcкой мысли. Правда, ранее интерес этот вызывался больше одной стороной его творчества, - его скептицизмом в отношении России, как это выразилось в единственном из "филосифических писем" напечатанном при жизни автора. Мировой читатель долгое время был лишен возможности узнать развитие и суть философской концепции Чаадаева, так как опубликовано было только одно письмо при жизни. Кроме того, сами письма считались утерянными и найдены были только в 1935 г.; несколько писем не было опубликовано, так как в них Чаадаев положительно отзывается о религии.
Через полтора столетия после гибели Пушкина Марина Цветаева напишет: "Нет. Гончарова просто роковая женщина, то пустое место, вокруг которого сталкиваются все силы и страсти. Смертоносное место - как Елена Троянская повод, а не причина войны, так и Гончарова - не причина, а повод смерти Пушкина, с колыбели предначертанной. Тяга Пушкина к Гончаровой - это тяга гения к нулю. Он хотел нуль, потому что сам был все. А судьба выбрала самое простое и верное орудие смерти - красавицу".
Б.Л. Пастернак, как и любой поэт, не раз предавался размышлениям о назначении своей поэзии, цели ее существования. Пастернак начал задумываться об этом еще в самом начале своей литературной деятельности. И в период символизма, и в период футуризма эта тема не оставляла поэта. Понятно, что на разных этапах литературного пути Пастернак по-разному расценивал смысл своей деятельности.
Раннее творчество Пастернака окрашено символистическими тенденциями, с присущими этому направлению метафорами, образностью. Но уже довольно скоро поэт примыкает к футуристической группе "Центрифуга". В 1917 г. он пишет для нее статью о творчестве В. Маяковского, где высказывает два требования, которые, по его мнению, применимы к настоящему поэту. Обоим требованиям отвечала поэзия Маяковского. Во-первых, поэт должен обладать ясностью творчества; во-вторых, нести ответственность перед временем, вечностью, которая является истинным судьей настоящего поэта. Творчество поэта, по мнению Пастернака, измеряется и оценивается категориями вечности, только произведения настоящего мастера могут быть бессмертны. Такое понимание творчества будет характерно для Пастернака на протяжении всего его литературного и жизненного пути.
Не так давно почти вся поэзия "Серебряного века" была под негласным, но от этого не менее унизительным и бессмысленным запретом. И стихотворения Владислава Ходасевича не были исключением.
Творения таких поэтов были доступны немногим, у кого находилось мужество достать перепечатанные на машинке, на желтоватой ворсистой бумаге, с неизбежными опечатками, стихотворения. Но даже в таком виде они оказывались ценнее многих шикарно изданных лже-писателей.
"Слово о полку Игореве" - один из древнейших и, безусловно, ценнейших памятников древнерусской литературы. Автор его неизвестен. Предположительно произведение датируется XII веком. Существует несколько переводов текста с древнерусского на современный русский язык и ряд стихотворных переводов.
Автор "Слова" начинает своё произведение с обращения: "Не пристало бы нам, братие, начати старыми словесами скорбных воинских повестей о походе Игоревом", предлагая начать её "по былинамь сего времени, а не по замышлению Боянову". (Боян - сказитель) Боян, когда хотел "песнь творити, то растекашется мысию по древу, серым волком по земли, шизым орлом под облакы".
Общественный подъём 60-х годов девятнадцатого столетия сказался как на общем росте печатной продукции (по тиражам и названиям), так и на изменении тематики литературы. В столице издается много учебников, религиозных книг, беллетристики, наблюдается рост выпуска серьёзной социально-экономической и естественнонаучной литературы.
В связи с культурнической деятельностью интеллигенции выросло количество общедоступных изданий для народа, для людей, занимающихся самообразованием. Но вместе с тем растёт и выпуск лубочных книг.
Серебряный век русской культуры закончился после 1917 года, с началом гражданской войны. В двадцатые годы еще продолжалась инерция, ибо такая широкая и могучая волна, каким был наш серебряный век, не могла не двигаться некоторое время, прежде чем обрушиться и разбиться. Еще были живы большинство людей, творчеством которых был создан серебряный век, но сама эпоха закончилась. Остался холодный лунный пейзаж без атмосферы. Но со второй половины 50-х годов, едва отпустил страх, списки мандельштамовских стихов начинают расходиться по рукам, служа заветным паролем для тех, кто хранил память культуры. Для многих мандельштамовская поэзия становиться формирующим, воспитывающим переживанием.
Свою книгу "Кто виноват?" Герцен назвал обманом в двух частях. Но называл он ее и повестью: ""Кто виноват?" была первая повесть, которую я написал". Скорее, это был роман в нескольких повестях, имеющих внутреннюю связь, последовательность и единство.
Композиция романа "Кто виноват?" в высшей степени оригинальна. Только первая глава первой части имеет собственно романическую форму экспозиции и завязки действия - "Отставной генерал и учитель, определяющийся к месту". Герцен хотел составить роман из такого рода отдельных жизнеописаний, где "в подстрочных примечаниях можно сказать, что такой-то женился на такой-то".
Море - это стихия, которая очень трудно покоряется человеку, и с ней помериться силой может лишь сильный и мужественный человек. И уже в античной литературе звучит тема борения человека с океаном, Одиссей бросает вызов грозному властелину морей - Посейдону.
В мировой литературе тема моря получила широкое освещение, русская литература также не исключение.
К.Г. Паустовский считал, что настоящий писатель должен на собственном опыте испробовать разные профессии, побывать в разных местах, и только после этого он сможет создавать достойные произведения. Именно это помогло писателю узнать и полюбить красоту самых обыкновенных людей, что впоследствии стало одной из самых сильных сторон его творчества.
Рассказы и повести Паустовского наполнены самыми разнообразными персонажами. Так, например, подсчитано, что в одной только "Золотой розе" их больше ста пятидесяти.
"Последняя четверть ХХ века в русской литературе определилась властью зла" - утверждает знаменитый русский писатель Виктор Ерофеев. Он припоминает тургеневского Базарова, который сказал невыразимо милосердную и подающую великие надежды человечеству фразу: "Человек хорош, обстоятельства плохи".
Эту фразу можно поставить эпиграфом ко всей русской литературе. Основной пафос ее значительной части - это спасение человека и человечества. Это неподъемная задача, и русская литература настолько БЛЕСТЯЩЕ не справилась с ней, что обеспечила себе великий успех.
Поэзия К.Д. Бальмонта вобрала в себя как традиции XIX в., так и новые веяния XX в. Смена настроения в его творчестве произошла на рубеже столетий. В его новых стихах не осталось ни следа прежней безнадежности и уныния, они преисполнены радости, напора буйных сил. Сборники "Горящие здания" (1900 г.) и "Будем как Солнце" (1902 г.) вместе с книгой "Только любовь" (1903 г.) считаются наиболее характерными и лучшими в литературном наследии Бальмонта. Они были созданы на творческом взлете поэта, в пору расцвета его таланта. Образ "горящих зданий" - это знак носившейся в воздухе тревоги, знаком порыва, движения. Какие-то предчувствия будущих грозных событий и битв выразил поэт в стихотворении "Крик часового".
В 60-80-е годы в советскую литературу вошли поэты, которые принесли с собой немало нового и развили старые традиции. Многообразна тематика их творчества, а поэзия глубоко лирична, интимна.
Но и тема Родины никогда не сходила со страниц нашей литературы. Ее образы, связанные то с природой родной деревни, то с местами, где воевал человек, можно найти чуть ли не в каждом произведении. И у каждого автора свое восприятие о ощущение Родины.
Проникновенные строки о России находим мы у Николая Рубцова (1936-1971 гг.), который ощущает себя словно наследником многовековой русской истории. Критики считают, что творчество этого поэта соединило в себе традиции русской поэзии XIX-XX веков - Тютчева, Фета, Блока, Есенина.
Каждый раз, обращаясь к поэзии Есенина, испытываешь такое чувство, словно душой ты прикоснулся к живой красоте его родных рязанских раздолий. Каждый раз, когда ему, поэту и человеку, было особенно трудно, он припадал душой и сердцем к родной рязанской земле, вновь обретая животворную нравственную силу и энергию для своих бессмертных стихов и поэм о России.
Есенин новаторски дерзко вписался в сложно-противоречивую, героическую, революционную новь России, выразив в своих произведениях настроения многих современников:
Борьба добра со злом является труднейшей нравственной проблемой человечества. Уходя своими корнями в далекое прошлое, она на протяжении ряда столетий привлекала внимание многих философов, поэтов, прозаиков. Одним из первоисточников этой проблемы по праву можно назвать Библию, в которой "добро" и "зло" отождествляются с образами Бога и дьявола, выступающими в качестве абсолютных носителей этих моральных категорий человеческого сознания. Добро и зло, Бог и дьявол, находятся в постоянном противодействии, несмотря на то, что по своей природе сатана - один из ангелов. С Богом "его отношения по началу не ясны, хотя очевидно, что он зависим от Господа и боится его запретов, но человеку он... враг и порочит его перед Богом..." [Мифы народов мира: Энциклопедия: В 2-х томах. - М., 1987 г. - Т.2. - С.382.]. Как пророчествует святой Иоанн Богослов, настанет день, когда силы добра и зла - Бог и дьявол - сойдутся в последней битве за власть над миром, после чего поверженное зло навсегда будет водворено в преисподнюю.