Рассыпав синь за тихим Доном,
Заря уходит по полям.
Тревожным колокольным звоном
Ложится ночь к твоим ногам.
Грачи охрипшие устало
Вдруг присмирели в полутьме.
И ты уходишь от вокзала,
Один, при тлеющей луне.
Мне б выбежать, пусть поезд мчится,
Сойти на станции твоей...
Но часто мама стала сниться,
И я спешу сегодня к ней.
Потеряло ко мне уважение
Бесконтактное стихосложение,
На Светлейшее Имя прошение
Подаю, получая отказ.
Позабыло меня умножение.
Вычитание лишь, да деление
Ополчились, неся разорение,
На когорты проверенных фраз.
Да и те позабыли о долге,
Свили лапти, одели ермолки.
Средь людей уж пошли кривотолки,
Будто я изменилась враз.
КАЗАКИ, КАЗАКИ! Казаки, казаки!
Кто сказал, что отныне
Наше время ушло,
как вода сквозь песок?
Наша вера жива,
и Россия едина –
Все связалось навеки
в тугой узелок.
Эх, Россия, Россия –
ширь лесов да степей.
Много ты повидала
дураков да цепей.
Мальчишки Ах, мальчишки, - упрямы, ершисты!
Вам сегодня опять не везло.
Незадачливые хоккеисты
Шайбой выбили в окнах стекло...
Их отцы наказали сурово,
Но мальчишки - ругай их и бей. –
Что ни вечер у дома жилого
Всё азартней играют в хоккей!
Не боятся мальчишки ударов:
Кровь из носа? Синяк? Пустяки!
Путешествие.
Тихая радость…земная печаль
И, ожиданье чего-то.
Будто зовет меня в светлую даль
Странный, неведомый кто-то.
Будто, взлетаю я в небо за ним,
Чистый, как в свой день рожденья.
И на вопрос мой - куда мы летим?
Он улыбнется - терпенье!
ЭЛЕГИЯ
Осень пришла и деревья меняют
Листьев зеленый наряд;
Скоро они желтизною пылают,
Ярким багрянцем горят.
Тоненькой коркой с утра замерзает
В лужах студеных вода,
Тихо природа вокруг засыпает.
Только придут холода.
Я хочу в осенний парк.
И чтоб листья под ногами,
Чтобы нити паутинок
В тёплом воздухе летали.
Принимала бы парад
Нарядившихся деревьев.
Провожала грустным взором
Стаи птиц, кричащих хором,
Что они ещё вернутся…
Я хочу в осенний парк.
Со скалы, как с высокой башни,
Смотришь в море, во все глаза.
Ты сегодня, как в день вчерашний,
Ищешь алые паруса.
Для тебя языком прибоя
Море сказки свои поёт.
Ждёшь и веришь, что за тобою
Птица-парусник приплывёт.
Плачут чайки и волны бьются,
Как несбывшиеся мечты.
Исса Кобаяси
Кобаяси Исса один из трёх великих поэтов хайкай. Его стихи отличаются простотой и искренностью. Он был одинаково понятен и крестьянину и князю. Его стихи не надо понимать разумом, их надо почувствовать сердцем. Тогда многие вещи открываются с неожиданной стороны. Ведь Исса оставил после себя не только стихи, но и своё понимание мира.
Леонид Алексеевич Филатов - 1986г.
«В нашей пишущей стране пишут даже на стене. Вот и мне пришла охота быть со всеми наравне!» Так в шутливом интервью объяснил когда – то Леонид Филатов, с чего это он вдруг взял и сочинил «Про Федота». Его сказки – блистательные, искрометные, живые – не перестают смешить и восхищать нас.
Пастернаком надо переболеть. Не так как корью или гриппом, не ради иммунитета, а так как болеют высокой идеей, мучаясь от невозможности до конца постигнуть, сравнивая свои силы и возможности с силами и возможностями того, кто стал, пусть и на время, открытием, чьими глазами ты вдруг посмотрел на мир и удивился его цельности, яркости, необычности, его высокому трагизму.
Потом это проходит, как проходит в конце концов всякая болезнь, но остается след. Запас поэтической энергии этого поэта, как впрочем и любого большого поэта, так велик, что человек, прочитавший стихи Пастернака, уже не может смотреть на мир так, как он смотрел до него, понимать мир так, как понимал до него. Но это будет потом, с годами, а в юности - полупустой трамвай, томик из "Библиотеки поэта", шепот, потому что нельзя читать эти стихи молча, нужно обязательно их слышать , чтобы видеть , полная отрешенность от скрежета и стука колес, дребезжания стекол, толчков и тряски. И слезы...
...Если мы проследим пройденный Гумилевым творческий путь, мы не найдем на всем его протяжении почти никаких отклонений от раз поставленной цели. Стремление к ней, сначала инстинктивное, с годами делается все более сознательным и волевым. Цель эта – поднять поэзию до уровня религиозного культа, вернуть ей, братающейся в наши дни с беллетристикой и маленьким фельетоном, ту силу, которою Орфей очаровывал даже зверей и камни.
В этом пафос поэзии Гумилева, в этом смысл ее для самого поэта. Читателю, ищущему в стихах только державинского сладкого лимонада или гражданской микстуры (а как близко к 100% число таких читателей, мы знаем), – эти замыслы казались просто красивой позой. И какой бы литературный успех ни сопровождал Гумилева, в самом этом успехе таилась бы глубокая взаимная рознь – между поэтом, ставящим себе такие задачи, и его пестрой и случайной аудиторией...
Г. В. Иванов
источник: «Н. С. Гумилев: PRO ET CONTRA». Составитель Ю. В. Зобнин.
