Последние новости
04 дек 2016, 21:59
Все ближе и ближе веселый праздник – Новый год. Понемногу начинают продавать...
Поиск

» » » » Сочинение: Судьбы человеческие в пьесе М. Горького «На дне»


Сочинение: Судьбы человеческие в пьесе М. Горького «На дне»

Сочинение: Судьбы человеческие в пьесе М. Горького «На дне»На протяжении всего творчества М. Горького интересовал человек, личность, загадки его внутреннего мира. Человеческие мысли и чувства, надежды и мечты, сила и слабость — все это находит отражение на страницах пьесы М. Горького «На дне». Ее персонажи — люди начала XX века, эпохи крушения старо­го мира и начала новой жизни. Но они отличаются от осталь­ных тем, что общество отвергло их. Это изгои, люди «дна». Страшно и неприглядно место, где живут Сатин, Актер, Бубнов, Васька Пепел и другие: «Подвал, похожий на пещеру. Пото­лок — тяжелые каменные своды, закопченные, с обвалившейся штукатуркой». Почему обитатели ночлежки оказались на «дне» жизни, что привело их сюда?

Актера погубило пристрастие к алкоголю: «Раньше, когда мой организм не был отравлен алкоголем, у меня, старик, была хорошая память... А теперь вот... кончено, брат! Все кончено для меня!» Васька Пепел был выходцем из «воровской династии» и ему ничего не оставалось, как продолжить дело отца: «Мой путь —обозначен мне! Родитель всю жизнь в тюрьмах сидел и мне тоже заказал... Я когда маленький был, так уже в ту пору меня звали вор, воров сын...». Бубнов, бывший скорняк, оставил мастерскую из-за измены жены и страха перед ее любовником: «...только мастерская-то на жену была... и остался я — как ви­дишь!» Барон, разорившись, пошел служить в «казенную пала­ту», где совершил растрату. Сатин, одна из самых колоритных фигур ночлежки, в прошлом телеграфист. Он попал в тюрьму за убийство человека, оскорбившего его сестру.
[sms]
Почти все обитатели «дна» склонны винить не себя, а внеш­ние жизненные обстоятельства в том, что они оказались в бедст­венном положении. Я думаю, что если бы эти обстоятельства сложились как-то иначе, ночлежников все равно постигла бы та же участь. Это подтверждает фраза, сказанная Бубновым: «Хоть, по правде говоря, пропил бы я мастерскую... Запой у меня, видишь ли...» По-видимому, катализатором падения этих людей послужило отсутствие какого-то нравственного стержня, без ко­торого нет и не может быть личности. В качестве примера можно привести слова Актера: «Пропил я душу, старик... я, брат, погиб... А почему — погиб?.Веры у меня не было... Кончен я...»

Первое же серьезное испытание у каждого закончилось кра­хом всей его жизни. А между тем, Барон мог бы поправить свои дела не путем кражи казенных средств, а вкладывая имеющие­ся у него деньги в выгодные дела; Сатин мог проучить обидчика сестры другим способом; а для Васьки Пепла неужели мало на­шлось бы мест на земле, где никто ничего не знает ни о его про­шлом, ни о нем самом? И так можно сказать о многих обитате­лях «дна». Да, у них нет будущего, однако в прошлом был шанс не попасть сюда, но они им не воспользовались.

Теперь им остается только жить иллюзиями и несбыточны­ми надеждами. Актер, Бубнов и Барон живут воспоминаниями о невозвратном прошлом, проститутка Настя тешится мечтами о великой настоящей любви. И вместе с тем, люди, один друго­го униженнее, отвергнутые обществом, ведут нескончаемые споры. Споры не столько о хлебе насущном, хотя и живут впро­голодь, сколько о духовных и нравственных проблемах. Их ин­тересуют такие вопросы, как правда, свобода, труд, равенство, счастье, любовь, талант, закон, гордость, честность, совесть, со­страдание, терпение, жалость, покой, смерть... Все это их вол­нует в связи с еще более важной проблемой: что такое человек, для чего он явился на землю, в чем подлинный смысл его бы­тия? Бубнова, Сатина, Луку вообще можно назвать философа­ми ночлежки.

Все герои пьесы, за исключением, пожалуй, Бубнова, от­вергают «ночлежный» образ жизни, надеются на поворот судь­бы, который вьшесет их со «дна» на поверхность. Так, слесарь Клещ говорит: «Я —рабочий человек... я с малых лет рабо­таю... Ты думаешь, я не вырвусь отсюда? Вылезу, кожу сдеру, а вылезу... Вот, погоди... умрет жена...» Хронический пьяница Актер надеется на чудодейственную лечебницу с мраморными полами, которая вернет ему силу, здоровье, память, талант и аплодисменты зрителей. Несчастная страдалица Анна меч­тает о покое и блаженстве в загробной жизни, где наконец-то ей воздастся за ее терпение и муки. Отчаянный Васька Пепел убивает хозяина ночлежки Костылева, видя в нем воплощение жизненного зла. Его мечта — уехать в Сибирь и начать там но­вую жизнь вместе с любимой девушкой. Все эти иллюзии под­держивает странник Лука.
 
Лука владеет мастерством пропо­ведника и утешителя. Горький изображает его как врача, счи­тающего всех людей неизлечимо больными и видящего свое призвание в том, чтобы скрыть это от них и смягчить их боль. Но жизнь на каждом шагу опровергает позицию Луки. Боль­ная Анна, которой Лука обещает божеское воздаяние на небе­сах, говорит: «Ну... еще немножко... пожить бы... немножко! Ко­ли там муки не будет... здесь можно потерпеть... можно!» Ак­тер, поверив сначала в свое излечение от алкоголизма, в конце пьесы сводит счеты с жизнью. Истинную цену утешениям Лу­ки определяет Васька Пепел: «Ты, брат, молодец! Врешь ты хорошо... сказки говоришь приятно! Ври, ничего... мало, брат, приятного на свете!»

Лука полон искренней жалости к людям, но он не в силах что-либо изменить, помочь обитателям ночлежки зажить иной жизнью. Сатин в своем знаменитом монологе отвергает подобное отношение как унизительное, подразумевающее ка­кую-то убогость и несостоятельность тех, на кого эта жалость направлена: «Надо уважать человека! Не жалеть... не уни­жать его жалостью, уважать надо!» Я думаю, что в этих сло­вах выражается позиция самого писателя: «Человек!.. Это звучит... гордо!»

Какова же дальнейшая судьба обитателей ночлежки? Ее не­трудно представить. Вот, скажем, Клещ. В начале пьесы он еще пытается выбраться со «дна» и зажить нормальной жиз­нью. Ему кажется, что «вот умрет жена», и все волшебным об­разом изменится к лучшему. Но после смерти Анны Клещ, ос­тавшийся без денег и инструментов, вместе с другими мрачно поет: «Я и так не убегу». И действительно, не убежит, как и все остальные обитатели ночлежки. Каковы же пути спасения лю­дей «дна» и существуют ли они вообще? По моему мнению, ре­альный выход из положения намечается в речи Сатина о прав­де. Люди смогут подняться со «дна» лишь тогда, когда научатся уважать себя, обретут чувство собственного достоинства, ста­нут достойными звания Человека. Человек для Горького — это почетное имя, звание, которое нужно заслужить.[/sms]
22 ноя 2007, 16:46
Читайте также
Информация
Комментировать статьи на сайте возможно только в течении 100 дней со дня публикации.