Последние новости
02 дек 2016, 22:57
Президент США Барак Обама подпишет закон о 10-летнем продлении санкций против Ирана,...
Поиск



» » » » Сочинение: Величие простых сердец в прозе А. П. Платонова


Сочинение: Величие простых сердец в прозе А. П. Платонова

Сочинение: Величие простых сердец в прозе А. П. ПлатоноваК середине 30-х годов, переосмыслив свой опыт публицисти­ки, достижения романтика и сатирика, А. Платонов заново от­крыл для себя Пушкина. Великому поэту посвящена статья «Пуш­кин — наш товарищ» и самая крупная, ставшая известной читателю после смерти Платонова пьеса «Ученик лицея». Над ней писатель работал вплоть до последних мгновений жизни. Открыв частицу Пушкина в себе, он создает классические новеллы: «Фро», «Река Потудань», «Июльская гроза» и «Возвращение».
 
Обогатил­ся и художественный мир Платонова. Именно Пушкин научил его видеть великое зодчество, идущее в глубинах быта, в пестром смешении «высокого» и «низкого», научил найти свою «Ассоль из Моршанска», будущую героиню рассказа «Фро». Не преуменьшая роли сатиры, Платонов писал, что важно все же, бичуя недостат­ки, помнить о высшей тайне, которая есть в народе: «И голодно, и болезненно, и безнадежно, и уныло, но люди живут, обречен­ные не сдаются...»

Величие простых сердец... Величие людей, без которых «народ неполный...», их способность преображать мир, побеждать невы­носимое, жить и тогда, когда, кажется, невозможно жить — это ис­тинно платоновская тема.
[sms]
Это сказалось уже в новелле «Таыр» о пленнице, сумевшей при­нять все удары судьбы и как бы «сработать» их (любимое слово Пла­тонова), истереть, освоить и победить «каменное горе». Новелла «Фро» — поэма о бессознательной красоте чувства любви, ожида­нии материнства. Не случайно в центре всей группы героев (муж — инженер, завороженный некими таинственными машинами; отец Фро, старый машинист; сама героиня Фрося — Фро) оказывается женщина, мудрая естественностью чувств, верностью инстинктам любви, обязанности продолжения рода человеческого. Прославить человечество, поразить его сенсацией открытия — важно, но кто подумает о том, как его, это победоносное человечество, продлить! Подлинным шедевром мировой прозы является повесть «Джан». Такую веру в человека, такую силу исторического оптимизма в ху­дожнике XX века трудно с чем-либо сопоставить.

Человек среди песков... Среди особого пространства, где он сто­ит ровно столько, сколько «стоит» его мужество, его душа... Где нельзя быть иждивенцем, перекладывающим все трудности на других. В пустыне надо видеть мир очень зорко — не.физическим зрением, а с помощью памяти, воображения. Пустыня безмолвна, не «говор­лива», но сколько неизреченных слов услышит здесь чуткое сердце, какие глубокие «вздохи» донесутся отсюда до него!
 
Восток лишь дремал тысячелетиями, вздыхая среди солнечного изобилия, но сколько великих идей рождалось среди этих вздохов, в кажущейся его лени. ..И в сущности, весь подвиг главного героя «Джан» комму­ниста Чагатаева, выводящего народ «джан» — символический об­раз всех одиноких, брошенных, обездоленных — из плена бесплод­ной впадины в пустыне, был победой над этими «тормозами» по­корности, разобщения, обессиливавшими людей.

Платонов писал: «Писать надо не талантом, а «человечностью» — прямым чувством жизни», — и сам писал всей жизнью, вовлекая в любую картину самые далекие духовные и физические впечатле­ния, раздумья многих лет. Пример тому—чудесный рассказ «Июль­ская гроза».

Вначале так легко идти по полевой тропке, среди хлебов вместе с двумя крестьянскими детьми Антошкой и Наташей к их бабушке. Но постойте! Кто это? Откуда? Что за старичок-полевичок появил­ся вдруг перед детьми? Человек это или добрый дух, своего рода добрый домовой?

«Из глубины хлебов вышел к детям худой, с голым, незнакомым лицом старичок; ростом он был не больше Наташи, обут в лапти, а одет в старинные холщовые портки, заплатанные латками из воен­ного сукна, и он нес за спиной плетеную кошелку. Старик также остановился против детей. Он поглядел на Наташу бледными, доб­рыми глазами, уже давно приглядевшимися ко всему на свете, снял шапку, свалянную из домашней шерсти, поклонился и прошел мимо». Возникает сомнение: а реальную ли тропку,среди хлебов рисовал Платонов, не условны ли и деревня, и гроза? Внешний мир творит, сплетая узы странных событий, силовое поле, оставляя в тени одни предметы, высвечивая другие.

Старичок-полевичок поклонился детям. «Поклонился» —не просто поздоровался, а как бы преклонился перед цветением юно­сти, перед будущим, осознав по-пушкински мудро и возвышенно:

Тебе я место уступаю,
Мне время тлеть, тебе — цвести.

Старичок словно робеет перед высшим смыслом жизни, кото­рый несут, не осознавая этого, дети. И когда^ни ушли от бабушки — под грозу, испытав страх перед сиянием молний, освещавших «бугры могучего мрака на небе», — этот старичок появляется вновь, появляется с весьма характерным вопросом:

«— Вы кто такой-то? — хрипло спросил их близкий чужой го­лос.

Наташа подняла голову от Антошки. Склонившись на колени, возле них стоял худой старичок с незнакомым лицом, которого они встретили нынче, когда шли в гости к бабушке.

— Нам боязно стало, — сказала Наташа».


Казалось бы, при первой встрече старичка с ребятами следовало спросить: «Вы кто такой?» Но тогда ничего не угрожало детям, мир: был добр и благодушен, а для беседы о грозе, о страхе нужна опас­ная обстановка, нужен прекрасный и яростный мир. Тогда чита­тель внимательнее относится к'смыслу слов старичка: «Вы бойтесь," вам это надо». Не боятся ничего лишь отжившие, омертвевшие или бесчувственные истуканы! Писатель своеобразно «пугает» (если во­обще пугает) своих героев, восхищаясь яростью природы: «Антош­ка увидел молнию, вышедшую из тьмы тучи и ужалившую землю. Сначала молния бросилась вниз далеко за деревней, подобралась обратно в высоту неба и оттуда сразу убила одинокое дерево...»

Л. Н. Толстой однажды сказал о возможностях человека: «Я убеж­ден, что в человека вложена бесконечная не только моральная, но и физическая сила, но вместе с тем на эту силу положен ужасный тормоз — любовь к себе, или, скорее всего, память о себе, которая производит бессилие. Но как только человек вырвется из этого тор­моза, он получает всемогущество».

Герои Платонова живут по этому принципу, это обыкновенные люди со своими достоинствами и недостатками, но всех их объеди­няет величие простых сердец.[/sms]
13 ноя 2007, 10:10
Читайте также
Информация
Комментировать статьи на сайте возможно только в течении 100 дней со дня публикации.