Последние новости
09 дек 2016, 23:07
 Уже вывешивают гирлянды. Готовятся к Новому году. Кто-то украшает живую елку,...
Поиск

» » » » Привычные реакции: приказы, угрозы, нравоучения


Привычные реакции: приказы, угрозы, нравоучения

Привычные реакции: приказы, угрозы, нравоучения1. Приказы, команды: «Сейчас же перестань!», «Убери!», "Вынеси ведро!", «Быстро в кровать!», «Что­бы больше я этого не слышал!», «Замолчи!».

В этих категоричных фразах ребенок слышит неже­лание родителей вникнуть в его проблему, чувствует не­уважение к его самостоятельности.

Такие слова вызывают чувство бесправия, а то и брошенности «в беде».

В ответ дети обычно сопротивляются, «бурчат», обижаются, упрямятся.

МАМА: Вова, одевайся скорее (команда), в садик опаздываем'

ВОВА: Я не могу, помоги мне

МАМА: Не выдумывай! (Приказ.) Сколько раз уже одевался сам!

ВОВА: Рубашка противная, не хочу ее.

МАМА: Новые фокусы! Ну-ка, сейчас же одевайся! (Снова приказ.)

ВОВА: А у меня не застегивается. МАМА Не застегивается - так и пойдешь, все ре­бята увидят, какой ты неряха.

ВОВА: (плачущим голосом) Ты плохая...

А разювор мот бы развиваться совсем по-другому:

МАМА: Вова, одевайся скорее, в садик опаздываем.

ВОВА Я не могу, помоги мне.

МАМА: (останавливается на минутку) Не можешь сам справиться?

ВОВА: Рубашка противная, не хочу ее

МАМА: Тебе не нравится рубашка ?

ВОВА: Да, ребята вчера смеялись, говорили девчачья

МАМА: Тебе было очень неприятно Понимаю Давай оденем вот эту!

ВОВА: (облегченно) Давай! (Быстро одевается)

Заметим, что в этом разговоре первые же ответы мамы на слова мальчика («Не можешь сам справить­ся», «Тебе не нравится рубашка») настраивают ее на то, чтобы действительно послушать его, услышать его от­веты, а не только свои приказания В результате сын охотно делится своей действительной проблемой, и мать готова ее принять. Если же разговор идет первым способом, то неизбежно появляется следующий тип родительских фраз.

2. Предупреждения, предостережения, угрозы: «Если ты не прекратишь плакать, я уйду», «Смотри, как бы не стало хуже», «Еще раз это повторится, и я возь­мусь за ремень», «Не придешь вовремя, пеняй на себя».

Угрозы бессмысленны, если у ребенка сейчас непри­ятное переживание Они лишь загоняют его в еще боль­ший тупик.

Так в конце первого разговора мама прибегла к уг­розе «так и пойдешь, все ребята увидят, какой ты неря­ха», на что последовали слезы и выпад мальчика в адрес мамы.

Знакомы ли вам такие сцены? Бывает ли так, что в результате вы реагируете еще большим «закручиванием гаек», следующей угрозой, окриком?

Угрозы и предупреждения плохи еще и тем, что при частом повторении дети к ним привыкают и перестают на них реагировать Тогда некоторые родители от слов переходят к делу и быстро проходят путь от слабых на­казаний к более сильным, а порой и жестоким, раска­призничавшегося малыша «оставляют» одного на ули­це, дверь закрывают на ключ, рука взрослого тянется к ремню.

3. Мораль, нравоучения, проповеди: "Ты обязан вести себя как подобает", «Каждый человек должен тру­диться», «Ты должен уважать взрослых».

Обычно дети из таких фраз не узнают ничего ново­го. Ничего не меняется от того, что они слышат это в «сто первый раз». Они чувствуют давление внешнего авторитета, иногда вину, иногда скуку, а чаще всего все вместе взятое.

Дело в том, что моральные устои и нравственное по­ведение воспитываются в детях не столько словами, сколько атмосферой в доме, через подражание поведе­нию взрослых, прежде всего родителей. Если в семье все трудятся, воздерживаются от грубых слов, не лгут, делят домашнюю работу, — будьте уверены, ребенок знает, как надо себя правильно вести.

Если же он нарушает «нормы поведения», то стоит посмотреть, не ведет ли себя кто-то в семье так же или похожим образом. Если эта причина отпадает, то скорее всего действует другая: ваш ребенок «выходит за рам­ки» из-за своей внутренней неустроенности, эмоцио­нального неблагополучия. В обоих случаях словесные поучения — самый неудачный способ помочь делу.

Хочу рассказать реальную историю.

Родители двух детей, Ани девяти лет и Васи три­надцати лет, уезжают на две недели в командировку. В доме на это время поселяется сестра матери, их те­тя, со своей одиннадцатилетней дочкой Леной.
 
Образу­ется довольно-таки «взрывчатая смесь» из троих детей «трудного» и «предтрудного» возраста. Вася и Аня то­скуют по уехавшим родителям, появление двоюродной сестры со своей мамой отнюдь не облегчает дело, а ско­рее наоборот: дети переживают чувства ревности и зависти («у нее есть мама, а у нас нет»), выливающиеся в желание подразнить и даже обидеть ее. Хотя все трое много играют вместе, но часто возникают споры и ссо­ры, в которых родные брат и сестра объединяются про­тив Лены, та нередко плачет.
 
Тетя старается быть «справедливой», не вставать ни на чью сторону. Ее пле­мянникам это мало чем помогает (мамы все равно нет), а ее дочке все время кажется, что мама все время защи­щает «их», а не ее. Маленький ад скоро достигает своего пика. Дети ссорятся у телевизора — какую программу смотреть. Вася сильно толкает двоюродную сестру прямо в лицо, та падает, громко рыдая. Ее мать прибегает из соседней комнаты, застает сцену: Вася и его младшая сестра смотрят испуганно, но настороженно, «готовые к бою», Лена лежит на полу, громко плача.

ТЕТЯ: Что случилось?

ЛЕНА: Он меня в лицо-о-о удари-и-л!

ТЕТЯ (обращает гневный взор на Васю):!!!

АНЯ: Она включила, а он переключил, а она снова вклю­чила, а тогда он ее толкнул... вот так... (Показывает).

ТЕТЯ (в негодовании — Васе): Толкнул прямо в лицо!

ВАСЯ: Да.

ТЕТЯ: Тебе известно, что лицо человека ни при каких обстоятельствах трогать нельзя?!

ВАСЯ: Известно!

ТЕТЯ: Ты знаешь, что ударить в лицо — это самое большое оскорбление, которое можно нанести человеку?!

ВАСЯ: Знаю.

ТЕТЯ' Знал, и тем не менее, сделал. Сделал специально.

ВАСЯ (с вызовом): Да, специально. (Убегает).

Через 15 минут слышится новый взрыв рыданий Ле­ны: «Он меня не пускает в комнату и что-то делает с мо­ими ку-у-клами-и». Тетя направляется в комнату, Васи там уже нет. С кукол сорвана одежда, которая валяется где попало, самая любимая кукла исчезла. На требования
Лены, перемешанные с плачем: «Тде моя кукла? Отдай мою кук-лу!», Вася отвечает: «Не знаю, не трогал».

Тетя ждет возвращения родителей, чтобы доло­жить об ужасном поведении Васи. Для нее нет сомнений, что он заслуживает «проработки» и выяснения всего в присутствии всех.

Мама, однако, предпочитает поговорить с Васей на­едине. Беседа продолжается больше часа. Вася честно рассказывает все как было (кукла быстро «находится» под кроватью Лены), и между прочим выясняется, что он чувствовал себя несчастным и загнанным, «все на не­го нападали» (в школе, как выяснилось, в это время тоже были неприятности). Через два дня он неожиданно под­ходит к тете и просит не думать, что он плохой и злой, просто на него последнее время «находит». Тетя с Леной гостят в доме еще педелю, и в эти дни отношения между детьми оказываются намного спокойнее.

Эта история поднимает много вопросов о правилах, о границах дозволенного, о наказаниях и др. Но мы не будем обсуждать их сейчас, чтобы не отвлекаться от нашей главной темы — о действии словесных назиданий и проповедей. Хотя тетя и сделала подростку справед­ливое замечание о неприкосновенности лица другого, оно не произвело на него желаемого впечатления, оно не «исправило» и не «научило» его, а лишь толкнуло на следующий злой, мстительный поступок. Напротив, умелый разговор матери, которая смогла послушать сына, магически смягчил его.

Значит ли это, что с детьми не надо беседовать о мо­ральных нормах и правилах поведения? Совсем нет. Од­нако делать это надо только в их спокойные минуты, а не в накаленной обстановке. В последнем случае наши слова только подливают масло в огонь.
15 окт 2007, 09:33
Информация
Комментировать статьи на сайте возможно только в течении 100 дней со дня публикации.