Последние новости
11 дек 2016, 01:40
Дом на Намыве в Белой Калитве по ул. Светлая, 6 давно признан аварийным. Стена первого...
Поиск

» » » Памяти 80-х годов ХХ столетия, когда Советская Армия бы


Памяти 80-х годов ХХ столетия, когда Советская Армия бы

Памяти 80-х годов ХХ столетия, когда Советская Армия быПамяти 80-х годов ХХ столетия, когда Советская Армия была великой, вера
в неминуемость дембеля безграничной, а воинские нарушения совершались и
раскрывались с изяществом и вкусом...
История эта случилась со мной во время службы в учебке, расположенной в
славном городе Бобруйске. Мы (я и мои товарищи по оружию) вот уже три
месяца честно исполняли свой воинскимй долг, постигая премудрости
воинской науки. Так как призыв наш пришелся на осень, то самый основной
праздник, то есть Новый Год, мы встречали абсолютно трезвыми, отрабатывая
приемы строевой подготовки на плацу. Затаенная обида на все гражданское
население страны, свободно поведавшее культ Бахуса, точила нас злым
червем изнутри, а желание выпить начинало понемногу доминировать над
всеми остальными. Это так сказать описание фона, на котором
происходили нижеописываемые действия.
Надо сказать, что учебка наша была образцово-показательной, для тех кто
не знает что это такое поясняю - практически полное отстутствие
дедовщины, зато полное наличие уставщины. Знающие люди говорят, что
лучше: первое или второе - неизвестно. Дисциплина строжайщая, граничащая
с тюремной. Буква устава соблюдалась на таком высочайшем уровне, что
московские генералы во время нескончаемых проверок часто пускали скупую
генеральскую слезу - видимо, мы напоминали им их собственное детство. Так
что, как вы понимаете, при такой такой обстановке пронести в
расположение части спиртное было настолько нереально, что даже мысли об
этом приравнивались к надругательству над уставом. Это так сказать
описание фона номер два, на котором нижеописываемые действия
развивались.
Со мной служил земляк - назовем его для краткости Коля - парень из
простой белорусской деревушки, в которой 90% жителей работали в местном
ликеро-водочном заводике. По части обращения со спиртным Коля был
непревзойденным мастером и однажды, когда весь взвод решил, что задачу о
доставке спиртного пора переводить в разряд нерешаемых - его озарила
гениальная идея, которой он и поспешил с нами поделиться. Идея была
проста как три рубля. Первое время мы упорно сомневались во-первых: в ее
реализации, во-вторых: в Колиных умственных способностях. Однако по мере
того как возгласы о несостоятельности Колиных фантазий звучали все
громче и громче, внутри каждого из нас росла и крепла уверенность в том,
что дело все же выгорит. Наконец, вынужденное воздержание и отсутствие
иных идей привело нас к тому, что было принято коллегиальное решение:
1) постановить, что Колина идея гениальная 2) приступить к ее
выполнению.
Рассказываю суть идеи: Коля сказал, что он напишет домой письмо, в
котором попросит прислать ему посылку, в которую вложат обыкновенную
резиновую грелку, заполненную самогоном. Получив посылку, мы выливаем
содержимое грелки в другую, более подходящую для нее емкость, грелку же
будем использовать по ее прямому назначению. Сказано - сделано: Коля
написал домой подробное письмо с инструкциями, а мы стали дожидаться
ответа.
Теперь пора ввести в рассказ другое действующее лицо. Прошу любить и
жаловать: начальник столовой нашей части прапорщик Кукета. Прапорщик был
плотного телосложения и невысокого роста. От остального командирского
состава, помимо звездочек на погонах, он отличался гипертрофированной
любовью к салу. У него в столовой в холодильной камере всегда хранился
здоровый кусок сала, от которого он периодически отрезал небольшой
ломтик и с аппетитом его съедал на глазах у работавшего наряда по кухне.
Многие солдаты пытались во время дежурства по столовой отрезать кусочек
от вышеуказанного сала, благо холодильная камера никогда не запиралась,
однако товарищ прапорщик, зная повадки личного состава, устраивал
периодические проверки, сопровождавшиеся прилюдным взвешиванием и
обмером драгоценного куска. Поэтому попавшись несколько раз на попытках
срезать тоненький кусочек данного продукта, мы быстро оставили это дело.
Тем более, что прапорщик Кукета, видя наш неугомонный аппетит, ввел
негласное правило: заступавший наряд по кухне принимал у наряда сдающего
помимо кастрюль и прочих принадлежностей кусок сала по весу и по
размерам, и Боже упаси, если в процессе дежурства кусок уменьшался на
величину большую, чем его самолично уменьшал товарищ прапорщик.
И вот в один прекрасный день, когда вся учебка была где-то на учениях,
мне, Коле и еще нескольким нашим сослуживцам выпало дежурство по кухне.
На учения мы естесно не попадали. Расположение части было совершенно
безлюдно. Только мы, дежурившие на кухне, дежурный по КПП, и, видно так
было угодно судьбе - дежурный по роте прапорщик Кукета с двумя
дневальными.
Где-то в середине дня к нам в столовую забежал дежурный по КПП и
крикнул Коле, что ему пришла посылка. Настал долгожданный день. Порядок
получения посылок был у нас следующий. Солдат идет получать ее на почту
с сопровождающим (обычно сержантом - чтоб не украли или сам не вскрыл ее
раньше времени), затем посылка вскрывается в присутствии дежурного по
части и, если в ней не обнаружено ничего крамольного, то солдат
забирает ее с собой, в противном случае все вредоносные предметы
изымаются в пользу старшего комсостава.
Так как никого лишнего в роте не оказалось, то прапорщик дал Коле
разрешение самолично получить и доставить посылку к нему на проверку.
Коля умчался, а мы стали с нетерпением ждать его возвращения. Мы так
увлеклись обсуждением: выслали ли ему то, что он просил, или нет, что
совершенно забыли о возможных технических проблемах как то: куда сливать
самогон, где его схоронить и т.д. Поэтому появление раскрасневшегося от
бега Коли стало для нас неожиданностью. Коля только успел сказать:
прапор кажется видел из окна дежурки как я проходил КПП, у нас есть
минута, от силы полторы, чтобы провернуть всю операцию. Вот такая
ситуация: если Коля через пару минут не окажется в дежурке, то это
станет для прапорщика Кукеты слишком подозрительным и он накроет нас
прямо с поличным в столовой, а на перепрятывание спиртного времени нет.
Крышка всем четверым. Одному за совершение преступления, трем за
соучастие.
Вы когда-нибудь видели, как рождается на свет ответ на вопрос в игре
Что-Где-Когда во время розыгрыша блица, или как за две секунды до
финального свистка баскетболист посылает мяч трехочковым броском прямо в
корзину противника через всю площадку, или с какой скоростью команда
техников заменяет колеса на машине у пилота в гонках Формула-1? Так вот,
все это картинки для детей. Того, что произошло на кухне, я не видел и не
увижу больше никогда. По нам плакала Книга Гиннесса: такой слаженности я
не наблюдал и на чемпионате мира по синхронному плаванию. За две с
половиной секунды при помощи черпака была снята крышка посылки, еще две
десятых секунды ушло на обнаружение местонахождения долгожданной грелки,
менее десятой доли секунды было израсходовано на ее извлечение из
деревянного хранилища. К окончанию третьей секунды основная задача была
решена и крышка вновь находилась над ящиком, а четыре руки уже тянулись
к черпакам, чтобы с одного удара загнать непослушные гвозди в нужные
пазы.
И в это время как гром среди ясного неба прозвучал голос Коли:
- Бл#@ь. Он же ее взвесит!
- Кого ее, Коля?
- Посылку конечно же, не самогонку.
- Что?
Разгоряченные битвой со временем, мы упустили из виду, что прапорщик
Кукета не применет воспользоваться своей склонностью к взвешиванию и при
получении посылки обязательно устроит контрольное взвешивание с
проверкой полученных результатов с массой, указанной в квитанции. А
квитанцию прапорщик уже видел. Объяснить неизвестно откуда взявшуюся
разницу в килограмм с лишним было просто невозможно, да и выемка
оставлась после грелки внушительная.
Решение было найдено на месте. Вот оно, торжество мысли на материей.
Как говорили древние греки: ум двигает массу, мысль приводит в движение
материю. Мы переглянулись и у всех четверых вырвалось только одно слово:
- Сало!
Гениальная идея, положить прапорщиковское сало вместо Колиной грелки и
отнести посылку на проверку, а затем вернуть сало на прежнее место.
Четыре правых руки схватившись за ручку, открыли запретную дверь
холодильной камеры. Одновременно с этим четыре левых руки бережно
подхватили драгоценный сверток и водрузили его в деревянный ящик.
И О ЧУДО! Удивительным образом сало вошло в предназначавшуюся для него
выемку так же, как нужный ключ четко входит в замок. Без единой зазубрины или просвета!
Это был подарок судьбы, но кусок сала в точности повторял
очертания грелки. На нас опустилась нирвана, мы испытали блаженство.
Крышка посылки была водружена на место, гвозди были загнаны в пазы с
одного удара, и Коля, окрыленный, побежал к дежурку предъявлять посылку.
Разочарование, боль постигнувшей утраты, наряды вне очереди и гаупвахта
были ничем по сравнению с тем позором, которым нас наградил остаток
взвода по прибытии с учений. Держать в руках такое богатство и проеб#ть
его!
Когда разрумянившийся от избытка адреналина Коля вбежал в учебку и с
гордостью поставил посылку на стол, а прапорщик Кукета вскрыл ее
дежурным штык-ножом от АКМ, то первые слова, которые он произнес,
приступив к обследованию посылки, были:
- Ё#, солдат! Ты что? Это ж мое сало!!!
- !?
Тайна сия никогда не была нами разгадана. Видимо, как мать одним
взглядом узнает свое неразумное дитя среди тысяч других, так и прапорщик
Кукета мог отличить свой кусок сала от всех иных кусков сала на Земле.Прислал Аноним
01 апр 2007, 00:15
Информация
Комментировать статьи на сайте возможно только в течении 100 дней со дня публикации.