Последние новости
07 дек 2016, 23:23
Чтобы остановить кровопролитие в Алеппо, нужно проявить здравый смысл, сказал...
Поиск

» » » Каюсь, эту привычку я приобрел в нежном детском возраст


Каюсь, эту привычку я приобрел в нежном детском возраст

Каюсь, эту привычку я приобрел в нежном детском возрастКаюсь, эту привычку я приобрел в нежном детском возрасте, еще задолго до того,
как мне на шею повязали алый пионерский галстук. С некоторых пор я стал
сторониться шумных компаний сверстников, избегать подвижных игр на воздухе и все
чаще под любым предлогом искал уединения, чтобы всецело предаться любимому
занятию. И это не замедлило сказаться на моих успехах в учебе и без того слабом
здоровье.
Мой бледный вид и воспаленный взор обеспокоили родителей. И они пытались
бороться. Они купили мне настоящий кожаный мяч и записали в футбольную секцию,
старались контролировать и не спускать с меня глаз. Но напрасно. Ничто уже не
могло меня остановить. Я стал заниматься этим с еще большим упорством, надолго
запираясь в туалете, или по ночам, укрывшись с фонариком под одеялом, забывая
про еду и сон.
Страсть к чтению - это была именно она, дорогой читатель - просто пожирала меня.
Это была болезнь. В день я проглатывал минимум 5-6 книг. Я читал все, что
попадалось на глаза - книги, журналы, листочки, из которых старушки-торговки
сворачивали кульки для семечек, разрезанные аккуратными прямоугольниками остатки
газет в сортирах, объявления на столбах, надписи на заборах. Всякое печатное и
непечатное тоже слово влекло меня. Видел ли ты, читатель такого осла, который,
спеша куда-либо, вдруг останавливался на улице, как вкопанный, заметив на земле
какой-нибудь ничтожный обрывок старой газеты, и, забыв про то, кто он и на каком
свете, застывал с открытым ртом, пока не прочитывал весь текст от первой до
последней буквы?
Круг моего чтения был бессистемен и хаотичен. Тут были записки известных
натуралистов и путешественников, энциклопедические словари, зарубежная
фантастика, годовые подшивки журналов ИВокруг светаК и ИТехника молодежиК,
научные труды по сексопатологии, занимательные книги по физике и математике,
биографии великих людей и была почему-то даже мемуарная серия ИЗаписки
подпольщикаК.
Долгие годы единственной конечной целью моих прогулок оставался центральный
книжный магазин, где я из-за отсутствия денег прочитывал пару-тройку книг, не
отходя от прилавка. Продавщицы всех отделов знали меня в лицо, и последним
посетителем, которого выставляли за дверь перед закрытием магазина, был я.
Естественно, при такой страсти к чтению я не мог миновать библиотек. В каждой
из четырех городских библиотек я был обладателем самого толстого формуляра. Как
изголодавшийся наркоман жадно втягивает в себя горячий дым марихуаны, вдыхал я
запах пыли книжных полок.
Вид подростка с кипой книг под мышкой ежедневно, как на работу, являвшегося в
библиотеку, пугал библиотекарей, пожилых рассеянных клуш, и вносил ненужные
хлопоты в их размеренное существование - пересказы последних сплетен и вязание
крючком. И, не сговариваясь, она начали рассказывать мне истории, которые
происходили с их наиболее активными посетителями.
- Один мальчик слишком много читал и сошел с ума, за ним приехали санитары и
увезли его в лечебницуЩ
- Один мальчик слишком много читал и пошел по кривой дорожке. Теперь он
отбывает срок в бобруйской колонии для малолетних преступниковЩ
- Один мальчик слишком много читал, и его разбил параличЩ
Они бы очень не хотели, чтобы со мной приключилась какая-нибудь такая жуткая
история, и поэтому искренне желали бы видеть меня пореже.
Видя, что никакие уговоры не помогают, библиотекари принялись действовать чисто
тоталитарными методами и урезали мне количество книг, выдаваемых на руки за раз.
Но болезнь прогрессировала: в ответ я стал красть, да простит мне читатель,
книги в библиотеках (бобруйская колония была совсем рядом). Позже из книг с
казенными штампами на первой и семнадцатой страницах я составил неплохую личную
библиотеку.
Тысячи прочитанных книг не прошли даром для моего зрения: я стал катастрофически
слепнуть. С каждым годом росло количество диоптрий в линзах моих очков. Даже
сидя на первой парте, я перестал различать что-либо на доске, и окончательно
потерял всякий интерес к учебе. Заделавшись хроническим двоечником, я с трудом
переползал из класса в класс.
Чтобы как-то спасти ребенка, родители повезли меня к бабке-шептухе. Бабка резала
книги ножницами, рвала страницы на клочки, плевала на них, жгла на свечке,
топтала ногами и при этом отчаянно шевелила губами.
Думаю, что от полной погибели меня спасло только чудо, и пророчества
фурий-библиотекарш не сбылись. Я не пошел по кривой дорожке, не сел в тюрьму и,
слава Богу, пока не сошел с ума. Но, даже став взрослым, серьезным и
обремененным семьей человеком, я так и не избавился от своего пагубного
пристрастия окончательно. Я до сих пор не могу пройти спокойно мимо витрины
букинистического магазина или развала книжных лотков и регулярно оставляю там
значительную часть своей зарплаты. И куда бы я ни шел, по каким бы важным делам
ни торопился, ноги сами несут меня к прилавку. Я беру в руки книгу, открываю ее
и, поправив очки, забываю обо всемЩ

Прислал Юрковец Юрий
www.yurkovets.nm.ru Источник:
01 апр 2007, 00:15
Информация
Комментировать статьи на сайте возможно только в течении 100 дней со дня публикации.