Последние новости
05 дек 2016, 21:32
Приближается конец 2016 года, время подводить его итоги. Основным показателям финансового...
Поиск

» » » Калитовская станица лучше всех


Калитовская станица лучше всех

В начале века начались перемены в размеренной жизни станицы. Особенно с тех пор, как в станичное правление заявились и затем осмотрели вокруг степь инженеры - строители железной дороги Лихая - Царицын.

В этот период прошла у станицы железная дорога, а незадолго до революции по шлюзованному Донцу пошли пароходы, баржи. До этого судоходство было возможно лишь во время весенних разливов рек.

Вслед за строителями железной дороги явились арендаторы новых участков для сооружения шахт. В полынной да ковыльной степи на правобережье Донца, где склоны широких балок весной становились пурпурными от обилия лазоревых цветов - тюльпанов, один за другим поднимались деревянные копры шахт.

Вокруг шахт вырастали поселки с бараками, землянками для рабочих, особняками для администрации, для инженеров, штейгеров. И не только в поселках, но и в станице и в ближайших хуторах Ольховском, Свинаревом, Рудаковом и других селились шахтеры - вчерашние безземельные, безлошадные пахари из далеких губерний и местные иногородние, а также некоторые казаки из бедноты.
Еще до начала промышленной добычи угля местные жители для своих нужд и для станичных, хуторских кузниц добывали курной уголь в неглубоких шахтах - мышеловках. Были кустарные шахты и покрупнее, с конным приводом. Их хозяева торговали углем.

Похожие на колодцы, не огороженные, заросшие травой, заброшенные шахтенки эти были опасны для жизни людей и животных. В такие шахты (а их было немало) часто падал скот, а иногда дети. Владельцев кустарных шахтерок в станице и хуторах называли "шахтерами". В их адрес слагались полные гнева и ненависти частушки. (В некоторых фольклорных сборниках частушки эти комментаторы по ошибке адресуют горнорабочим.)

Обе соседние станицы - Усть - Белокалитвенская и Калитвенская (ныне станица Каменского района) еще с позапрошлого века славились своими запасами камня. В юрте Калитвенской станицы добывался камень, из которого изготовляли катки для молотьбы зерна и мельничные жернова. В юрте Усть - Белокалитвенской станицы добывался строительный бутовый камень. По приказу атамана Платова на строительство домов в новой столице Дона Новочеркасске, на его мостовые камень по Донцу, Дону и Аксаю доставлялся с Богатовского карьера. Несколько позже началась добыча на Сарвилиной горе и у хутора Богураева. Известняк на Авиловых горах стали добывать в годы первой мировой войны.

В предреволюционные годы стала станица Усть - Белокалитвенская, пожалуй, наиболее оживленной в Донецком округе, после, разумеется, окружной Каменской: в этом хлебородном казачьем крае развивались промышленность и торговля.

Прежний вид имела лишь заросшая лебедой и колючками Заяровка. Здесь, да и на Бугре, и местами на Низовке, а особенно на Фортштадте стояли те же курени под соломой, реже - под тесом, побеленные весной и в бабье лето белой глиной, с дощатыми, окрашенными охрой крылечками и сенцами. Палисадники с заборами, сложенными из камня или сплетенными из краснотала, с неизменной мальвой ("рожей"), окружали курени, флигельки, спрятанные от солнца кронами акаций да развесистой тютины (тутовника). При домах - двор, баз. В конце лета из дворов с утра до ночи доносились мягкие удары цепов и глухая тяжелая дробь каменных катков, вымолачивающих медно - красные зерна пшеницы "гирьки", или гарновки, и озимого жита. Пшеницу под зиму в этих краях тогда не сеяли.

Были и здесь богатые, под цинком или под железом, с резными карнизами и козырьками крылец дома казаков, что прикупали земельные паи или приторговывали лошадьми.

Дома наехавших в станицу всякого рода предпринимателей, рудничного начальства росли в центре и ближе к вокзалу, на Фортштадте. По тихим улицам станицы все чаще пробегали, поднимая пыль, автомобили шахтовладельцев.

На Большой улице было много двухэтажных домов:
низ - каменный, верх - деревянный, выкрашенный в розовый, белый или оранжевый цвета. Над речкой в 1913 году, на месте водяной мельницы, поднялась этажами и кирпичной высокой трубой мельница паровая. Открывались в станице большие магазины и мелкие лавки, различные мастерские, лесная биржа, банк, общество взаимного кредита, пекарни - булочные. Обрастали станица и горняцкие поселки казенками, харчевнями, кабаками.

Незадолго до революции открылся кинематограф. Любопытно, как "живые картины" станичники за "умеренную плату" (так значилось в афишах) смотрели еще раньше. В небольшом сарае на нынешней Московской улице (близ Почтового переулка) двое приезжих молодых людей демонстрировали привезенный ими заграничный фильм. Лента была без титров, и один из. гастролеров пытался зрителям объяснять изображаемое на экране. Появление в кадре плачущей женщины комментировалось: "Плачет. Жалко стало"; в кадре - священнослужитель в сутане, и уже слышно: "Это ихний батюшка". Поцелуй на экране "комментатор" сопровождал громким чмоканьем, ему вторили мальчишки.

Казачья молодежь часто развлекалась на "улице". Так называли сборища юношей и девушек где - ни будь на Заяровке или на Бугре. Недельные дежурные станичного правления обязаны были разгонять "улицу". Не разгонялись лишь кулачные бои, что затевали между собой станичники и фортштадтцы, станичники и жители хуторов Верхнего и Нижнего Попова.

Никто не смел трогать песенников. Ими станица славилась на весь округ. Уроженец этого района (хутора Нижне - Серебрякова), знаменитый собиратель казачьих песен, композитор Александр Михайлович Листопадов рассказывал о том богатстве народного искусства, с каким пришлось ему встретиться, когда он приехал в родные края с экспедицией этнографического общества.
Как и в других станицах, многие песни посвящались родному краю, особенно популярной была:

По Донцу, Донцу, да по Северскому Донцу,
По Донцу да все станицы хороши - 
Калитовская станица лучше всех!
Ой, да почему же она лучше всех?
Потому она и лучше всех,
Что сидит она на Северском Донце,
Да на Усть - матушке, на Белой Калитве!
Как и все в ней хуторочки хороши:
И Корсунский, и Кононовский, 
Титов, Кочеванник, Николаев, 
Дубовой, Свинаревский, Крутинский, 
Рудаков, Логорелов, Дороговский и Попов. 
Богатовский, Какичевский, Мечетнов, 
Богураев, Дядинский и Ольхов. 
И Фортштадтский хуторок - городок.

Разные варианты окончания этой песни говорят о ее старинном происхождении, о том, что пели ее во времена, когда на вооружении еще были кремневые ружья.
Как во том, да во Фортштадте - городке, Проживал казак Бурьянушка. У того да у Бурьяна - казака Жили - были два сыночка - сокола. Как и первый сын Иванушка, А второй ли сын Захар - молодец. На ходу - то Захар пулечку жевал, Он любимую кремневку заряжал.

И взрослые, и дети любили ходить "под горы". Так называли на редкость живописную в то время долину у подножия еще не тронутых тогда каменоломами Авиловых гор, одетых в серо - голубой панцирь известняка. Они цепью протянулись вдоль реки Калитвы, от станичной окраины до урочища Пигарька, где крайняя скала их как бы выросла из воды. Подножия и выступы гор были в зарослях шиповника, лиловых бессмертников, разнотравья.

Мальчишки собирали на горах камни с отпечатками древних рыб и ракушек или по узким скользким тропинкам - выступам добирались до укрытой в расщелинах Мурьи пещеры, легенды о которой, о ее обитателе Авиле поныне передаются из уст в уста. Существуют даже две легенды. Будто жил здесь разбойник Авил со своими ватажниками. По второй легенде - будто жил в той пещере старообрядец - отшельник и вещун Авил. Реже мальчишки добирались до второй пещеры - Бездонной, исчезнувшей позднее под обломками скалы, взорванной добытчиками флюсов. 

Развивалась станица, росла, но по - прежнему размывали ручьи балку - спуск к дощатому мосту через, Калитву, вязли в песке подводы на кривых форт - штадтских улицах, с риском для жизни люди переходили в ледоход по доскам, а в половодье переправлялись на лодках через Калитву, отделяющую станицу от вокзала.

Водопровод имела лишь железная дорога. Станичники и фортштадтцы для хозяйственных нужд пользовались речной водой из Донца или Калитвы. Питьевая вода доставлялась из колодцев. На улицах станицы часто можно было видеть водовозов, а также женщин, несущих на коромыслах воду. Трудно приходилось в дни весенних паводков, когда заливало колодцы, расположенные преимущественно в поймах рек,, а полая вода нуждалась в очистке.

В большой станице еще в первом десятилетии нашего столетия существовали, как мы уже говорили, лишь приходская ("дьяконская") школа, позже открыли двухклассное училище. В здании этом, ныне расширенном, помещается школа № 1. Когда в 1914 году открыли в станице высшее начальное училище (типа прогимназии), отдали под него здание двухклассного училища, перенесенного в частный дом. В двухклассном заведовал и преподавал учитель, который с детских лет жил в станице, и многие помнили его как подростка Парушу, и училище это в станице не называли иначе, как "Парушина школа".

Высшее начальное училище по постановке учебы считалось одним из лучших в области, но на строительство здания для училища средств не отпустили. Открылась в станице гимназия - и опять новое учебное заведение оказалось без своего помещения. Под гимназию заняли клуб.
Как все подобные учебные заведения в других больших станицах, высшее начальное училище, помимо всего, давало и начальные военные знания. Ученики носили казачью форму, отводились специальные часы для военной муштровки. Девочек обучали рукоделию и домоводству.
Школ в юрте станицы в начале нынешнего столетия было мало. Среди небольшого количества учащихся (в 1903 году начальные школы, расположенные в станице и на некоторых хуторах юрта, окончили всего 81 человек) девочек было в четыре раза меньше, чем мальчиков. Рядом с высшим начальным училищем находилась женская приходская начальная школа.

Еще в начале столетия станица со всеми своими хуторами не имела даже фельдшера. И звонили на колокольне почти каждый день "отходные", и росли на трех кладбищах - станичном и фортштадтском православных да на заяровском, староверском, - могильные холмики.

Сборник статистического комитета Области войска Донского свидетельствует, что в Усть - Белокалитвенской станице, "не имея фельдшера, гибли сотни душ от самых обыкновенных болезней". Станичные атаманы в отчетах вынуждены были писать, что многих, числящихся в списках призываемых на военную службу к моменту призыва, не осталось в живых. В том же, 1903 году, по сообщению атамана, из 209 казаков - призывников умерло 49. Процветало знахарство. Позднее разрешено было иметь за казенный счет одного врача на две станицы Усть - Белокалитвенскую и Калитвенскую - со всеми их хуторами, которых насчитывалось до полусотни. Лишь незадолго до первой мировой войны появились частные врачи, а также ведомственные - рудничный и станционный. На всю станицу с хуторами была одна акушерка, которую в отчетах областных учреждений именовали повивальной бабкой. В отчете станичных властей за 1915 год значится в станице земской приемный помой на 5 коек.
Источник: -
10 апр 2003, 00:00
Информация
Комментировать статьи на сайте возможно только в течении 100 дней со дня публикации.