Последние новости
08 дек 2016, 15:25
Синоптики обещают непогоду в Ростовской области сегодня, 8 декабря, и завтра, 9 декабря....
Поиск

» » » » Философия как постановка всех проблем


Философия как постановка всех проблем

Философия как постановка всех проблем Философия начинается с удивления, но, конечно, не сводится к нему. Теперь нам предстоит понять, что происходит «внутри» философии, ведь она не является просто переживанием. Опыт сознания должен быть прояснен мыслью, и философию мы связываем не столько с чувством, сколько с мышлением. О чем эта мысль, о чем это мышление? Можно ли выявить что-то общее, какой-то общий предмет, о котором размышляют все философы, несмотря на столь разительные различия между ними?


Этим общим является не столько какой-то конкретный предмет, сколько ракурс рассмотрения любых вопросов и проблем. Философия - это рассмотрение любых вопросов в аспекте конечного смысла истории, жизни, мироздания.
Попробуем понять эту формулировку «на примере», рассмотреть вместе с каким-нибудь философом простой вопрос, не вызывающий ни у кого удивления, и рассмотреть его в аспекте конечного смысла жизни, истории, мироздания.


Возьмем для такой демонстрации, для такого совместного размышления небольшой текст немецкого философа М. Хайдеггера, носящий простое название «Вещь». Он начинается с констатации того факта, что устранение расстояний, достигаемое современной технической цивилизацией, почему-то не приносит близости. «Человек преодолевает длиннейшие дистанции за кратчайшее время.

 

Он оставляет позади величайшие расстояния и ставит все тем самым на минимальном отстоянии от себя. Но спешное устранение всех расстояний не приносит с собой никакой близости... Малое отстояние - еще не близость. Большое расстояние - еще не даль» [11, с. 316]. ВСЕ думают именно так - большое расстояние - и есть даль, а сущность близости - в малом отстоянии. Произведя такое о-странение, попав в философское изумление, попробуем, вслед за мыслителем, понять суть близости из чего-то близкого.

 

Близким являются, например, вещи. Вот вещь - чаша. Может быть, она поможет понять, что такое близость. Что такое чаша? Это предмет, изготовленная емкость, сосуд, вмещающий жидкость, благодаря оформленной стенками и дном пустоте. Наше обыденное сознание руководствуется идеалом научности, когда мы пытаемся определить сущность чаши, но удается ли на этом пути достичь этого? Не принуждает ли нас требование научности «отказаться от наполненной вином чаши и поставить на ее место полое пространство, в котором распространяется жидкость» ? «Мы составили представление о том, что действенно в сосуде, о его емкости, пустоте как о полном воздуха полом пространстве. Это действительно пустота в физическом смысле; но она - не пустота чаши.

 

Мы подменили впускающую пустоту чаши не ее пустотой». Может быть, нам удастся ближе подойти к сути чаши, если мы задумаемся, что она вмещает и как? Во всяком случае, мы поняли, что, учтя «вино» вместо «жидкости», мы подошли к сути чаши ближе. Как она вмещает? Она принимает вливаемое в нее и удерживает влитое ради того выливания, которое есть поднесение, пишет Хайдеггер. Поднесение и простое опорожнение - разные вещи, поднести чашу - значит одарить кого-то ее содержимым. Получается, что чашечность чаши осуществляется в этом поднесении, которое есть человеческий акт щедрости, дарения.

 

Но в чаше подносят не только питье для смертных, но и напиток, жертвуемый богам. Чаша жертвоприношения, как мы понимаем, в большей степени чаша, чем сосуды, из которых продают напитки в розлив. «Подношение чаши с напитком богам - подношение в собственном смысле, - пишет Хайдеггер. - В подношении посвящаемого напитка льющая чаша являет себя как подношение дара».

 

Так получается, что простая вещь - чаша - собирает в своем существе небо и землю, смертных и богов - небо с его Луной и Солнцем, милостью или неприютностью погоды, землю, принимающую в себя дождь, с ее темными недрами, источником, питающим виноградную лозу, людей, приносящих дары богам. Согласное единство, собранное чашей, зовется миром.


Близость, суть которой мы начали искать, нашлась в этом согласном единстве, которое не устраняет дали, приближая. Но много ли чаш вокруг нас, не окружают ли нас, наоборот, одни сосуды для питья? Случайно ли то, что сущность вещи как вещи ускользает от нас и подменяется определением предмета? Так ли ничтожна и малозначительна эта подмена? М. Хайдеггер не считает так. «Принудительное в своей области - области предметов - научное знание уничтожило вещи как таковые задолго до того, - пишет он, - как взорвалась атомная бомба.

 

Ее взрыв - лишь грубейшая из всех грубых констатаций давно уже происшедшего уничтожения вещи: того, что вещь в качестве вещи оказывается ничем». Взрыв атомной бомбы оказывается простым следствием того потрясающего, что когда-то уже случилось и осталось незамеченным. «Потрясающее - в том, что все, что есть, вытряхнуто из своего былого существа». Получается, что наука и прогресс, основанный на ней, является не светлым идеалом, а ошибкой и тупиком? Техника с ее мощью, устраняющей все дистанции и расстояния, не является надеждой человечества?

 

Она не позволяет достичь согласия и гармонии, обрести близость, а ставит на место близости недалекое? «Все спекается в недалекое единообразие. Как? Разве сплющивание до исчезания дистанций не еще более жутко, чем разлетание всего на куски? Человек оцепенело смотрит на то, что может наступить после взрыва атомной бомбы. Человек не видит того, что давно наступило, совершившись как нечто такое, что уже лишь в качестве своего последнего извержения извергает бомбу с ее взрывом. ...Чего еще ждет наш беспомощный страх, когда потрясающее уже стряслось?».


Так простая вещь - чаша - привела нас к вопросу о смысле истории и смысле человеческой жизни. Неприметность катастрофы обнаружила себя на фоне общей успокоенности и уверенности в прогрессе. Великий немецкий философ, Фридрих Ницше, считал, что увереннность в себе - признак последних времен и последних людей. «Мы построили счастье», - скажут последние люди, предсказывал он. Не являемся ли мы этими последними людьми?


Подведем итоги. Задаваемый философией ракурс рассмотрения делает любой частный предмет мысли таким, что в нем как бы присутствует весь мир, так что смысл жизни, истории, мироздания оказывается не просто горизонтом, на фоне которого происходит рассмотрение, но, напротив, ВСЕ стягивается в ОДНО - в рассмотренном примере такой вещью, через которую задается вопрос о конечном смысле, является чаша. Сущность чаши, ее чашечность оказывается тогда не совокупностью объективных свойств предмета, человеческое присутствие в мире, его ответный акт щедрости, дара, входит в «определение» сути чаши.

24 мар 2010, 13:04
Читайте также
Информация
Комментировать статьи на сайте возможно только в течении 100 дней со дня публикации.