Последние новости
02 дек 2016, 22:57
Президент США Барак Обама подпишет закон о 10-летнем продлении санкций против Ирана,...
Поиск



» » » На Южном фланге. Военный рассказ


На Южном фланге. Военный рассказ

На Южном фланге. Военный рассказВоенный рассказ

Вторые сутки валил снег, и был этот снег на диво мелкий, густой и холодный. Рысистый, выдержанный на морозе ветер все крутил и крутил, задувал под шинелишку, брал от ворота до коле-шек насквозь, навылет. Коченели руки, и студеной слезой все точились и точились глаза.

Уже была ночь, а бойцы покорно мяли молодой неулежавшийся снежок своими разбитыми и стылыми ботинками. Думали все об одном - скорей бы в тепло, хоть за ветер бы. Охватову все изба пялилась в слезные глаза, та самая, что осталась на хуторе Плетешки, где встретил Лизу Наливкову. Тягуче и вяло думалось об остальном, а вот запахи кипятка, вареной картошки, лука и керосина стояли в горле и мутили. Отойти бы в эти запахи, разметнуться в них и задохнуться в сладком храпе.

А дорога, как назло, вела бойцов все куда-то в обход, в обход, мимо человеческого жилья, и на крутой спине Урусова, перед самыми глазами Охватова, надоедливо покачивался, поскрипывая дужкой, котелок, притороченный к вещмешку. Иногда Охватов засыпал и, потеряв шаг, наскакивал на этот котелок, а проснувшись, опять шел след в след. На краткий миг забывался Колька, а ему казалось, что спал он очень долго и ушел за это время далеко. Переходили по льду какую-то речушку - вся-то ширина ее шагов в сто, а Охватову она почудилась самой великой рекой, потому что на ровной дороге он вздремнул раза три.

Давно бы Охватов обошел Урусова, чтоб не видеть его котелка, но нельзя, Урусов тоже после ранения, и ему легче идти, когда слышит сзади себя дыхание друга.

- Ты, Никола, погляди за мной, - попросил Урусов Охватова на последнем привале.- Погляди малость. У меня что-то нога за ногу...

Дорога нырнула в яр, и в самом низу, на мосточке, наткнулись на пароконную повозку со сломанным задним колесом. Кони, сгорбившись, дремали в упряжке. Ездовой густо нахрапывал под брезентом. Команда остановилась, и все обрадовались нечаянной остановке: уже четвертый час шли без привала, с минуты на минуту ждали деревню, а ее все не было и не было.

- Эй ты, кирюха, живой ли? - начали тормошить ездового.

- Тряпье какое-то везет.

- Ну-ко, ну-ко, дай гляну, - может, шапка найдется на мой котел.- К повозке протолкался Глушков и тоже начал теребить ездового, выпевая по-бабьи: - Якимушко, вставай, родимый, с постели - пироги уж давно поспели.

Ездовой нехотя поднялся, сбросил с головы брезент и лязгнул затвором автомата:

-Стой - кто такой!

Но сзади вышибли автомат у ездового и самому ему дали затрещину:

- Не балуй.

- До деревни далеко еще, ты?

- Чего ночью шастаете, дал бы по шарам. Тут сейчас не разбери-поймешь, где наши, где немцы. С вечера в атом яру его разведчиков прижали восемь человек ухлопали. И наших пятерых. Остальные скрылись.

- Немцы рыскают, а ты дрыхнешь.

- До деревни тут сколь еще?

- Да вот на горе и деревня. Только оглядитесь,- может, она под немцем. Говорю, не разбери-поймешь. Фронт как порушили, так того и гляди, к ним угодишь.

- Да ну его к черту, пошли давай.

Ездовому возвратили автомат и наказали, чтоб он не спал.

- Да разве уснешь при такой заварухе,-совсем успокоился ездовой и, обняв автомат, утянул голову в поднятый воротник.

Команда двинулась вверх по дороге, а у повозки остался только один Глушков.

- Слушай, дядя, - просительно заговорил он,- может, в твоем барахле шапка есть большого размера? Я бы тебе махры дал.

- Сердечный ты мой, здесь у меня такие шапки, что от твоей головы только дымок останется. Понял? Вот и беги, догоняй своих.

- А ты что ж один?

- К утру мои ребята подъедут и снимут меня с мели.

- Не боишься?

- У меня вот колечко, дерну - и вся колымага в воздух. А взрыв до самого Иркутска докатится. При такой силе да бояться?

- Сила она сама собой, а нас вот подпустил, да и автомат свой отдал.

- Я вас еще на горе учуял. Подумал, наши едут, такие же все - шагу без матерщины не сделают.

Глушков, чуть отдохнув, сперва побежал, но в гору его хватило ненадолго и дальше догонял своих внатруску, ни шагом ни бегом: все мешало, давило, мозолило. Больше всего досаждала старая артиллерийская фуражка с распоротым околышем: она все время сползала на глаза или сваливалась на затылок. В госпитале большеголовому Глушкову не могли подобрать шапку, и должен он был мучиться в распоротой фуражке до своего полка. Команду он догнал у околицы деревни, вспотел и совсем задохся. Несознательно подладившись под шаг Охватова, с трудом одолев одышку, пожаловался:

- Мы куда это так-то хлещем? К теще на блины, да? Отупевший от дороги Охватов ничего не ответил, только почувствовал, что слова Глушкова будто подсекли ноги, и хотелось лечь среди дороги и умереть. А Глушков ныл со злой откровенностью, через каждое слово вставляя матерщину:

- ...попал в госпиталь, думал: пока то да се - война кончится. Не тут-то было, кошке в рыло. Выходит, длинное мочало - начинай-ка все сначала. А мы что, кони, чтоб чесать без передыху? - закричал вдруг Глушков громко и раздраженно. - Кони мы, чтоб чесать и чесать?

- Ой, Глушков, Глушков, скажи спасибо, что туда идешь,- спокойно вздохнул Урусов и, отмерив шагов пяток, опять вздохнул так же тихо и покорно. Эти вздохи еще больше возмутили Глушкова, он едко усмехнулся:

- Скрипи, вздыхай и говори спасибо. За что же я должен говорить спасибо и кому? Этому нашему старшине, что гонит нас без отдыха пятый, а может, уже седьмой час?

Урусов почему-то молчал, и Глушков забежал к нему с наветренной стороны; сравнял с ним шаг и, заслоняясь от ветра рукавицей, продолжал наседать:

- Спасибо-то, Урусов, за что, а?

Урусов расправил затекшую, одеревенелую спину и удивился: мешок за плечами был совсем легонький. «Надо бы давно так-то разогнуться, - с улыбкой подумал Урусов,- Вон как хорошо...»

- Спасибо-то, спрашиваешь, за что? А за что хошь. - Урусов, бодрясь, опять пошевелил плечами и пожалел, что ввязался в разговор.-Ты отстань, и без тебя лихотит.

Впереди идущие остановились, и задние натолкнулись на них, молча заперестуиали с ноги на ногу, только сейчас поняв, что идти для них было привычнее и легче, чем стоять.

18 мар 2010, 10:02
Читайте также
Информация
Комментировать статьи на сайте возможно только в течении 100 дней со дня публикации.