Последние новости
07 дек 2016, 23:23
Чтобы остановить кровопролитие в Алеппо, нужно проявить здравый смысл, сказал...
Поиск

» » » Рассказ. Л.Соболев: зеленый луч


Рассказ. Л.Соболев: зеленый луч

Рассказ. Л.Соболев: зеленый лучО той скрытной ночной операции, для которой «СК 0944» приближался к занятому противником берегу, известно было, конечно, довольно значительному числу людей, но знали о ней все они по-разному. Команда катера видела в этом обычный ночной поход в глубокий тыл врага для высадки разведчиков в той самой бухточке, где две недели назад катер проделал это без особых хлопот.

 

Боцману Хазову, которому было поручено доставить разведчиков на берег и привести шестерку обратно к катеру, было ясно, что нынче гам могут встретиться любые неожиданности и что поэтому надо быть особенно осторожным. Командир группы разведчиков лейтенант Воронин знал, что в горах, в небольшом партизанском отряде, куда пробираться придется, может быть, с боем, находится один товарищ, которого надо доставить в бухту Непонятную или в другое более отдаленное место, если здесь высадка пройдет негладко.

 

Командиру катера лейтенанту Решетникову было известно, что товарищ этот располагает какими-то очень нужными сведениями, отчего с группой разведчиков идет в операцию сам майор, и что в случаев неудачи с высадкой в бухте Непонятной нужно дать условное радио, по которому будет выслан еще один катер с другой группой в другое место, чтобы попытаться все же получить вовремя эти сведения.

 

Для командира дивизиона сторожевых катеров капитана третьего ранга Владыкина операция была связана с готовящимся десантом морской нехоты, так как ожидаемые сведения могли облегчить боевую задачу катерам его дивизиона, который намечался штабом флота для первого броска десанта.

 

В штабе флота с разработкой этого плана торопились потому, что морской пехоте необходимо было закрепиться на новой «малой земле» к определенному сроку, когда там должен будет высадиться крупный армейский десант с боевой техникой и артиллерией. Командующему флотом было известно, что высадка этого десанта, имеющего задачей продвижение к Севастополю, связана с подготавливаемым новым ударом, развивающим успех не-давней Сталинградской победы, и зависит от обстановки на всем приморском фронте.

 

Командующий же фронтом знал, что в ходе нового наступлении все его действия, в том числе и десант, будут лишь демон-гтрацией, отвлекающей внимание и силы противника от подлинных намерений Главного Командования. И об этих действительных намерениях никто даже из самых крупных военачальников, управлявших ходом войны, не мог сейчас г уверенностью сказать, осуществятся ли они именно в тот срок и именно так, как намечает их новый обширный оперативный замысел, который сам был лишь одним из звеньев общего стратегического плана.

 

Это зависело от многих причин: и от того, как осуществятся другие такие же намерения Главного Командования на других участках фронта от Белого моря до Черного; п от того, сумеет ли Советская страна вовремя прислать своей великой армии необходимое для того количество боевых машин и припасов: и от того, до какой степени дружеского предательства, дозволенного традициями военных союзов, дойдут генеральные штабы капиталистических стран, вынужденных сражаться в одном лагере с социалистической державой; и от того, окажется ли в свое время единственно верным именно то направление главного удара, которое подготавливается сейчас и для организации которого среди тысячи других предварительных действий потребовалось послать в бухту Непонятную «СК 0944».

 

Из всех людей, по-разному знавших о ночном походе катера, одному майору Луникову, кроме командования флотом, было известно, что товарищ Д., возвращающийся из крымского подполья, помимо сведений, полезных для десантной операции, имеет еще и другие важнейшие, интересующие непосредственно Главное Командование. Поручая майору лично доставить па Большую землю товарища Д., за которым из Москвы уже выслан самолет, командующий флотом особо подчеркнул, что это надо сделать как можно скорее.

 

Именно поэтому майор и выбрал бухту Непонятную, хотя из всех предложенных Владыкиным вариантов она оказалась наименее надежной и безопасной. Дело заключалось в том, что, когда сведения попали в руки товарища Д., партизаны, оттесненные в горы, лишились посадочной площадки для У-2, и ему пришлось просить о присылке за ним катера. Для этого он указал известную ему бухточку, удобную тем, что до нее было пять-шесть часов хода от скрывающегося п юрах небольшого партизанского отряда, где он очутился, уйди из Севастополя. Этой бухтой оказалась та самая, в которой на днях произошел случай с катером «0874» (чего, конечно, он знать не мог) и которую Луников назвал Непонятной.

 

В беседе с Владыкиным майор выяснил, что из других возможных мест высадки до товарища Д. придется добираться шесть, а то и восемь суток да столько же потратить на обратный переход с ним самим. Тогда он решил рискнуть - и если не всю операцию выполнить в бухте Непонятной, то хотя бы начать ее отсюда. В глубине души он был убежден, что все обойдется сравнительно просто.

 

Ведь и в самом деле было непонятно, что же могло случиться с группой, высаженной здесь неделю назад. По характеру задания она не имела возможности дать знать о себе, и приходилось только гадать. Расспросив Владыкина об известных тому вариантах неудачных высадок, майор понял, что все они обязательно отмечались шумом - взрывом, автоматными очередями или хотя бы одиночными выстрелами.

 

Тишина, сопровождавшая прошлую высадку, показывала, что, вернее всего, произошло что-то не с разведчиками, а со шлюпкой, когда она возвращалась с гребцами к катеру. Поэтому много шансов было за то, что нынче группе удастся благополучно подняться в горы. А там можно будет рискнуть на радиосвязь и запросить Решетникова, вернулась ли шлюпка,-и если обратная посадка в бухте Непонятной состояться не сможет, сразу же, не теряя времени на ожидание второй посланной группы, повести товарища Д. навстречу ей к другому, дальнему месту посадки. Это ускорит доставку сведений ровно вдвое, что, конечно, для Главного Командования очень важно.

 

Но такой неудачный вариант представлялся майору маловероятным, и мысли его все время вертелись вокруг шлюпки и ее возвращения, так как основной задачей было обеспечить обратную посадку тут же, на следующую ночь. Именно поэтому он и попросил Решетникова прислать к нему того, кто назначен старшиной шлюпки.

 

И, едва дождавшись, пока Хазов допьет «какаву», Луников стал донимать его расспросами. Как там придется высаживаться - прямо в воду? Прыгать по камням? Или можно приткнуться к гальке? Остается ли шлюпка хоть ненадолго без охраны во время высадки? Какие берега внутри бухты: пологие или обрывистые? Не нависают ли скалы над водой? Как шлюпка возвращается: посредине бухты или должна идти возле берега, чтобы найти выход в море? Каким образом она находит катер, стоящий на якоре в миле-полутора? Можно ли каким-нибудь ложным сигналом направить ее мимо катера? Или перехватить на пути?..

 

Вопросы его были неожиданными, порой наивными и даже, с точки зрения Хазова, просто нелепыми, но за ними он чувствовал такую серьезную озабоченность, что и в его глазах предстоящая высадка стала приобретать какую-то необыкновенную значительность. И хотя Луников не говорил прямо, боцман понял, что весь разговор потому и начался, чтобы, не раскрывая того, чего ему знать не положено, показать всю важность операции и его, Хазова, особую роль в ней. Под конец майор подтвердил это сам.

 

Вот ведь какая штука, товарищ Хазов,- сказал он совсем не по-военному,- все дело, видите ли, в том, уцелеет нынче ваша шлюпка или исчезнет вроде той. Черт их знает, что они могли с ней там устроить... Вот вы говорите: скалы и шлюпка совсем рядом проходит. А разве нельзя гребцам на головы свалить камешек кило на полтораста? Или, скажем, спрыгнуть на них без шума с ножами?

 

Хазов сдержанно улыбнулся, но майор укоризненно качнул головой:

- Думаете, кино? На войне всякое бывает. Вон на Мекензиевых горах кок у нас наладился на передний край борщ горячий таскать. Ну, видно, проследили, захотели «языка» взять. Идет Мельчук по дубняку, тропка знакомая, своя, вдруг из дубняка автомат: «Хальт! Русс, сдавайсь!» Он было решил - пропал, но глядит - немец-то всего один. Тогда он будто оробел, лопочет: «Витте, капут, яволь»-и руки вверх тянет вместе с борщом.

 

Немец вышел на тропку, только подошел - Мельчук ему все ведро и вывернул на башку, а борщ жирный, горячий, только что с огня, чуть глаза не сварились. Так и привел его к нам всего в капусте, а на голове ведро. Выходит, что и борщ оружие...- Луников загасил папиросу и неожиданно закончил: - Значит, мы с вами договорились: поведете обратно шлюпку - держитесь от скал подальше.

 

На высадке мы за вами присмотрим, - хоть и очень некогда будет, подождем, пока отвалите. Остальное от вас зависит, гадать нам сейчас ни к чему. Только крепко помните: не доберется шлюпка до катера - большие дела задержатся. Очень большие. А пока давайте приспнем, вот товарищ правильно поступает, - кивнул он на лейтенанта Воронина, который, закинув голову, похрапывал, не обращая внимания на бивший в глаза свет.- Где у вас тут выключатель?

18 мар 2010, 10:02
Читайте также
Информация
Комментировать статьи на сайте возможно только в течении 100 дней со дня публикации.