Последние новости
04 дек 2016, 21:59
Все ближе и ближе веселый праздник – Новый год. Понемногу начинают продавать...
Поиск

» » » Рассказ. Семен Борзунов: ради нескольких строчек


Рассказ. Семен Борзунов: ради нескольких строчек

Рождение Букринского плацдарма.

Рассказ. Семен Борзунов: ради нескольких строчекВ небе висели десятки осветительных ракет. Трассирующие пули прорезали воздух. Теперь я понял, почему командир батальона начал переправу на рассвете, драться лучше на берегу. А на воде, когда засекли, и так ночью светло, как в яркий солнечный день. Не замечаю, что пули летят высоко над нами. Снаряды рвутся где-то позади. Мы вошли в «мертвое» пространство. Гитлеровцы не простреливают его.

 

Бойцы нашли в себе силы, чтобы подналечь на весла. Минута, другая - и лодка с ходу ударилась носом в берег. Вмиг она опустела. Бойцы вскарабкались на кручу и завязали ожесточенную схватку с гитлеровцами. Прежде чем побежать за Пищулиным, я с тревогой посмотрел на лодку, перевозившую одежду и оружие тех, кто перебирался вплавь. В ней сидело теперь пятеро. Наверное, подобрали тех, у кого не хватило сил плыть, Один за другим быстро выскакивали они на берег. В эту ночь я завидовал им больше всего: ведь они преодолели Днепр вплавь!

 

...Пулеметный шквал и крики «ура» увлекли и меня вслед за командиром батальона, который уже повел подразделения в бой. У самого берега на круче стояла деревня. Ею и спешили овладеть автоматчики. Подбегая к крайнему дому, мы увидели раненого красноармейца.

- Сысолятин! - воскликнул кто-то из бойцов и бросился к нему.

 

- Скорее туда, ребята! - с трудом проговорил Василий Сысолятин.- Петухов снял пулеметчика. Мы прорвались в деревню... Там меня и царапнуло в колено.

То, что Сысолятин пренебрежительно назвал царапиной, оказалось глубокой раной. Его подхватили и унесли к лодке. Рота дралась уже в деревне Григоровке.

Послышался тревожный крик одного из четырех десантников - Василия Иванова:

- Коля! Петухов! Коля! - и тут же грозно, призывно: - Братцы, бей фашистов! За Петухова! Отомстим за Петухова!

 

«Погиб! - мелькнуло в моем сознании.- Тот, который первым ворвался на правый берег Днепра, тот, кого я больше всех сейчас хотел видеть, пал! Л я ничего не знаю о нем, о его подвиге. Что я напишу в газету?» И, обгоняя бегущих рядом бойцов, тороплюсь туда, где сражаются еще двое из отважной четверки - Иванов и Семенов. Но в водовороте боя трудно кого-нибудь найти. Бежавшие вместе со мной автоматчики заметили гитлеровцев и открыли огонь. Кидаюсь на землю рядом с бойцами и даю очередь из автомата.

От старшего лейтенанта Пищулина узнаю, что батальон уже весь на этом берегу.

 

- Теперь главное отвоевать побольше плацдарм! - кричит Пищулин.Девиз один - вперед и вперед! Сзади начнут подпирать другие подразделения.

К утру ветер разогнал тучи. Небо на востоке заалело. Выстрелы раздаются где-то далеко на западе. Это рота лейтенанта Синашкина обошла фашистов с тыла. С новой силой гвардейцы устремились в атаку. Гитлеровцы засели в продолговатом здании. Путь бойцам преградила отвесная стена. Обойти не удалось. А как взобраться на нее? Не за что зацепиться. Каждый понимал: оставаться внизу нельзя. Успех решали минуты, даже секунды.

 

- Становись мне на плечи! - подбежав к стене, крикнул высокий, крепкий боец. Я узнал Сергея Орлова, ординарца командира батальона. Не раздумывая, один из солдат прыгнул на плечи богатыря, а затем и на стену, легко преодолев неожиданно вставшее перед нами препятствие. Бойцы, действовавшие рядом, тут же повторили прием смекалистого воина. Гитлеровцам пришлось оставить здание, уступить еще одну пядь нашей земли. А в этом и заключалось главное: хоть на шаг, но вперед.

 

Жаркая борьба шла за каждую улицу, за каждый дом. На восточной окраине села старший лейтенант Пищулин разместил свой командный пункт. По рации связался с командиром бригады. Доложил, что Григоровка взята, разгромлен штаб фашистского батальона, захвачены склады с боеприпасами и несколько исправных грузовых автомашин.

Взошло солнце, осветив неяркими лучами поле сражения. И тут я спохватился, что занялся не своим делом, ввязался в бой и еще ни строчки не занес в свой блокнот.

 

Забежав во двор отвоеванной у гитлеровцев хаты, сел на колоду под вишенкой и стал быстро писать о том, что видел. Когда наскоро набросал корреспонденцию о тех, кто первыми форсировали Днепр, передо мной встал вопрос: как передать это в редакцию? Паром, конечно, еще не работает, радиосвязи нет. Значит, снова переправляться через реку самому под почти непрерывной бомбежкой «юнкерсов», под огнем артиллерии и пулеметов. Да, только так! Иного пути нет. А если не доставить корреспонденцию в редак-

ци, тогда ни к чему окажутся и все мои старания, и риск. Тогда напрасно занимал я место в лодке. Оно пригодилось бы для более активного бойца.

 

Эти горестные мысли подстегнули меня, и я, доложив командиру батальона (он пока на правом берегу был самым большим начальником), отправился искать возможность переправиться через Днепр на левый берег. Первую попытку мы предприняли с Сергеем Орловым. Ну как, переберемся? - спросил я его, садясь в лодку. Это запросто, ответил Сергей, не задумываясь. Вначале действительно все шло гладко. Мы бесшумно и быстро удалялись от берега. Справа и слева от нас падали снаряды. По пока это нас мало беспокоило.

 

По всему было видно, что противник ведет огонь просто по реке, или, как говорят артиллеристы, «бьет по площадям». Однако стоило нам выплыть на середину, как гулко заработал пулемет. Пули со свистом проносились совсем близко от нас, несколько впереди, пунктиром очерчивая линию своего соприкосновения с водой. Мы не успели придержать лодку, как оказались в зоне огня. Гитлеровцы дали новую длинную очередь. В то же мгновение раздался слабый стон, весла выпали из рук Орлова. Голова его как-то неестественно склонилась на плечо, и он тихо повалился на правый борт лодки.

 

Она резко развернулась и поплыла вниз но течению. Обеими руками с силой нажимал я на правое весло, пытаясь скорее уйти из-под огня. К счастью, в этот момент с нами поравнялась другая лодка. Она шла с левого берега навстречу нам. Сидевшие в ней бойцы перетащили Орлова к себе, а нашу, пробитую нулями, посудину взяли на буксир. Поневоле пришлось возвращаться обратно на правый берег и начинать все сначала.

 

Вторая и третья мои попытки переправиться через Днепр также не увенчались успехом. С наступлением темноты я снова отправился в путь. На этот раз в мое распоряжение дали лодку с четырьмя гребцами, рослыми, дюжими солдатами. Наш маршрут к тому же проходил несколько севернее. Фланговый пулемет врага уже не беспокоил: его уничтожили. Но донимали гитлеровские минометчики.

18 мар 2010, 10:02
Читайте также
Информация
Комментировать статьи на сайте возможно только в течении 100 дней со дня публикации.