Последние новости
02 дек 2016, 22:57
Президент США Барак Обама подпишет закон о 10-летнем продлении санкций против Ирана,...
Поиск





Германская печать,

Германская печать, окрыленная многочисленными бескровными успехами Гитлера, развернула активную кампанию за удовлетворение требований немцев, проживавших в Судетской области Чехословакии. Возросла активность и германской общины внутри страны. Авангардом идеи «возвращения всех немцев в один рейх» стала «судетонемецкая партия», руководимая Конрадом Генлейном. Аншлюс Австрии дал прекрасный повод говорить об ущемлении прав германского меньшинства в Чехословакии. Ведь все австрийские немцы влились в «единую семью» - чем же хуже их «судетские братья»? Партия Генлейна потребовала «территориальной автономии» для Судетской области[285].
Правительство Чехословакии вовсе не собиралось капитулировать перед немцами. У чехов для этого не было никаких оснований. Чешская армия, одна из самых сильных в Европе, была готова защищать свою страну в случае агрессии. Соотношение сил к такой решимости весьма располагало. Весной 1938 года армия Чехословакии состояла из 34 дивизий против 28 дивизий вермахта[286]. К осени того же года растущая сумасшедшими темпами немецкая армия стала заметно сильнее, но все равно преимущество гитлеровцев не было многократным. Бороться было можно: против 39 германских дивизий численностью 1,8 млн человек чехи могли выставить 36 дивизий, состоявших из 1,6 млн человек; против 2400 самолетов и 720 танков Гитлера у Чехословакии было соответственно 1500 самолетов и 400 танков[287]. Не забудем и тот факт, что чехословацкая армия собиралась обороняться, а немецкая была бы вынуждена наступать.
После громких заявлений Гитлера в немецком парламенте чехословацкое правительство готовилось предпринять серьезные меры безопасности: перенести военные заводы в глубь страны, ввести круглосуточную работу на своих восьми авиационных заводах, завершить планы мобилизации промышленности и продовольственных ресурсов. Оптимизм руководству Чехословакии внушал и союзный договор, заключенный с Францией. Логика рассуждений естественным образом приводила чехов к мысли, что такого сильного и полезного союзника Париж Берлину просто так не отдаст. Посмотрите на карту: даже географическое положение Чехословакии склоняло французов к тому, чтобы ее активно отстаивать: в случае вооруженного столкновения Франции с Германией чехи могли ударить в тыл немцам. Кроме того, военные заводы «Шкода», расположенные в Чехии, за год давали продукции столько, сколько оружия производилось во всей военной промышленности Великобритании[288]. Кто же в своем уме станет передавать Гитлеру такое богатство?
Тот, кто очень хочет его увеличить. Поэтому и события вокруг Чехословакии стали принимать весьма «странный» оборот. Вместо активного сопротивления притязаниям Гитлера началась мышиная возня. Ее результатом стало печально знаменитое Мюнхенское соглашение сентября 1938 года, по которому фюрер получил все желаемое. Может быть, Запад вновь испугался немецкой военной мощи? «Германские армии были неспособны нанести французам поражение в 1938 или 1939 году»[289], - пишет Уинстон Черчилль. Значит, не мог Гитлер победить чехов, французов и англичан разом, и это было вполне очевидно. Почему же тогда не проявили решительность руководители «демократических стран»? Потому что победа над Германией, которую они же создали и выпестовали, была им не нужна! Гитлер еще не выполнил взятых на себя обязательств, и отправлять его в отвал было бы непродуктивно. Бойцовую собаку, выкормленную для смертельной схватки, никто убивать до самого боя не станет. Зачем даром тратить корм и время? Зато накануне битвы можно ей скормить глупую индюшку, которая привыкла к ласкам своих хозяев и не понимает очевидного факта, что домашних любимцев любят до тех пор, пока владельцам не понадобится их мясо!
Роль незадачливой домашней птицы, приготовленной ее союзниками на убой, в этот раз и играла Чехословакия. Первое совещание ее «хозяев» прошло в Лондоне 28-30 апреля 1938 года. К изумлению чехов, французская дипломатия вдруг присоединилась к требованию дипломатии английской во что бы то ни стало избежать столкновения с Германией. 15 мая 1938 года в газете «New York Herald Tribune» появилось сообщение из Лондона, в котором говорилось прямым текстом, что поскольку ни Франция, ни СССР не станут воевать из-за Чехословакии, то и Англия менее всего желает браться за оружие, чтобы защищать славянскую республику. А раз так, то Чехословакия должна со всей трезвостью оценить свое положение и понять, что единственным выходом для нее должно быть мирное разрешение вопроса о судетских немцах[290].
Разумеется, после таких заявлений тон гитлеровских притязаний становился все более бескомпромиссным. Ведь заметка в американской газете «удивительным» образом совпала с одним весьма показательным событием. За два дня до публикации «New York Herald Tribune» в Лондон прибыл глава партии судетских немцев Конрад Генлейн. Уже сам факт такого визита наводил на определенные размышления. Генлейн провел несколько встреч с членами британского парламента и представителями оппозиции. После этого его требования (а соответственно и лейтмотив выступлений) изменились от автономии до расчленения Чехословакии.
С главой судетских немцев активно работали не только германские, но и британские спецслужбы. В Германии об этом знали, но контактам не препятствовали. Потому что в тот момент и немцы, и англичане играли в одной команде, готовившей передачу Гитлеру Чехословакии. «Английская секретная служба была прекрасно осведомлена... один из ее агентов, полковник Кристи, уже несколько раз совещавшийся с Генлейном, снова встретился с ним в начале августа 1938 года в Цюрихе», - читаем мы в мемуарах главы эсесовской разведки[291].
18 июля 1938 года адъютант Гитлера капитан Видеман привез в Лондон личное послание Гитлера британскому премьеру Чемберлену. На следующий день это письмо уже обсуждалось в Париже, куда английский премьер вылетел вместе с королевской четой. Самих чехов на это заседание никто позвать даже не подумал. И действительно, разве вы будете советоваться с индюшкой, как и когда ее зарезать?
Предложения Гитлера были признаны приемлемыми. 22 июля 1938 года Англия потребовала от Чехословакии, чтобы ею были приняты решительные меры для «умиротворения Европы». Чехи ответили согласием предоставить судетским немцам автономию. Однако Генлейн тут же, 29 июля 1938 года, выступил с публичной декларацией: все немцы в любой стране должны подчиняться «только немецкому правительству, немецким законам и голосу немецкой крови».
Вслед за этим английская дипломатия продолжила давление на чехов. 3 августа в Прагу прибыл уполномоченный Чемберлена лорд Ренсимен. Этот «беспристрастный посредник» на самом деле должен был убедить Чехословакию отдать Судеты немцам. Чехи упирались: они никак не хотели понять, что все давно уже решено. 7 сентября 1938 года лондонская газета «Таймс» выступила со статьей, в которой чехам предлагалось не артачиться и сделать все по-хорошему - стать «однородным в национальном отношении государством»[292].
Ситуация вокруг Чехословакии была любопытна еще и тем, что помимо франко-чешского договора существовал договор Чехословакии с СССР. В случае нападения Советский Союз должен был прийти на помощь жертве агрессии. Правда, в тексте соглашения имелась интересная «закавыка»: Москва должна была оказывать помощь Праге только в том случае, если такую же помощь окажет Париж. В начале сентября 1938 года французское правительство обратилось к правительству СССР с запросом, какова будет его позиция, если Чехословакия подвергнется нападению. Ответ из Москвы был прост: надо немедленно созвать представителей СССР, Англии и Франции и опубликовать декларацию от имени этих держав, предупреждающую, что Чехословакии будет оказана помощь в случае нападения на нее Германии. Что же касается Советского Союза, то он свои обязательства по договору готов выполнять[293].
Как вы думаете, какова была реакция на наши предложения? Затрудняетесь с ответом? Тогда другой вопрос: нужно ли тем, кто готовил Гитлера для нападения на СССР, чтобы эта агрессия не состоялась? Чтобы вместо этого Германия была разгромлена совместными силами Франции, Чехословакии и СССР? Чтобы Гитлер отступил, а его движение к нашей границе было остановлено?
Поскольку цель Запада была иной, то, как пишет У. Черчилль, «советские предложения фактически игнорировали». «Эти предложения не были использованы для влияния на Гитлера, к ним отнеслись с равнодушием, чтобы не сказать с презрением, которое запомнилось Сталину. События шли своим чередом так, как будто Советской России не существовало»[294].
Понимая логику британской политики, несложно предсказать действия западных дипломатов. И тогда уже больше не вызовут удивления «странные» действия англичан, которых антигитлеровская оппозиция в Германии буквально умоляла «проявить несговорчивость по судетскому вопросу». В середине августа 1938 года эмиссар германских военных с труднопроизносимой фамилией фон Кляйст-Шменцин прибыл в Лондон. В беседах с британскими политиками, в частности, с Черчиллем, он рассказал о «недостаточном уровне вооружения» Германии. Он сообщил, что полное перевооружение вермахта состоится не ранее 1943 года, а следовательно, сейчас англичане, французы и чехи могут занять в отношении рейха весьма жесткую позицию без какого-либо серьезного риска[295]. «По свидетельствам генералов Гальдера и Йодля, во время мюнхенских переговоров на Западе оставалось только 13 германских дивизий, из которых лишь 5 состояли из кадровых солдат»[296], - напишет в мемуарах Черчилль.
Видя, что лондонские джентльмены и не думают давать Гитлеру отпор, начальник германского генштаба генерал-полковник Гальдер в первые дни сентября 1938 года направил в Лондон нового эмиссара. Подполковник с такой же трудной фамилией, что и первый посланец, Бем-Теттельбах и задание имеет похожее. «Мое задание состояло в том, чтобы просить самый узкий круг руководящих деятелей английского министерства иностранных дел проявлять твердость в отношении требований Гитлера. Люди, давшие мне это задание, рассчитывали не на что иное, как на категорическое „нет" английского правительства»[297], - расскажет позднее сам посланец в газете «Райнише пост» 10 июля 1948 года.
Германские военные не понимают политической игры. Им кажется, что если подкинуть англичанам новые аргументы, то они могут изменить свою позицию. Особенно если сообщить британцам, что в случае объявления всеобщей мобилизации в Германии существует план ареста Адольфа Гитлера[298]. Прямолинейные генералы и полковники не могут взять в толк, что наблюдаемая ими «реальная» политика - всего лишь производная от тех решений, что принимаются келейно и закулисно. Невдомек им, что «взятие» Гитлером Чехословакии давно уже решено с Великобританией и совершается по обоюдному согласию сторон. И что арест Гитлера означает для англичан крушение всех их тщательно выстраиваемых планов...
Вместо того чтобы дать отпор агрессору и занять совместную с СССР твердую позицию, англичане «дожимают» чехов. Сначала правительству Чехословакии было предложено аннулировать договоры с Францией и СССР. Потом совместной англо-французской нотой от 19 сентября Праге было предложено немедленно передать Германии Судетскую область. «...Дальнейшее сохранение в границах чехословацкого государства районов, населенных преимущественно судетскими немцами, - говорилось в документе, - фактически не может более продолжаться без того, чтобы не поставить под угрозу интересы самой Чехословакии и интересы европейского мира... Поддержание мира и безопасности и жизненных интересов Чехословакии не может быть обеспечено, если эти районы сейчас же не передать Германской империи»[299]. Передачу областей предлагалось провести быстро, без плебисцита. Срок ответа тоже ограничен - всего два дня! Ведь 22 сентября британский премьер Чемберлен должен был встретиться с Гитлером.
Задумайтесь: то, что предлагалось Чехословакии, по сути было самоубийством целой страны. Разве вполне независимое, действительно суверенное государство на него бы пошло? А чехи пошли. Минуло около семи десятилетий с той поры. И никто ничему не научился. Вновь мы видим в Европе те же самые «независимые», «суверенные» государства, с готовностью выполняющие любые прихоти своих «старших товарищей». Они охотно разместят на своей территории американские радары и ракеты, без колебаний пошлют своих солдат в далекий Ирак, с готовностью сорвут любую выгодную им самим сделку с российским государством или с нашими частными компаниями. Скажет хозяин - и они, широко улыбнувшись, сунут голову в петлю, как это в сентябре 1938 года сделала тогдашняя Чехословакия.
К чести чехов, они все же сопротивлялись. Однако ведь и индюшка, прежде чем лечь под нож, тоже немного побегает по двору. Только это ничего не изменит, если хозяин твердо решил сделать ее украшением своего стола.20 сентября 1938 года послам Англии и Франции был вручен ответ Чехословакии. В нем содержалась просьба пересмотреть решение и передать вопрос на арбитражное разбирательство в соответствии с германо-чехословацким договором 1925 года[300].
Своим упрямством чехи могли все испортить. Дело в том, что в случае военного конфликта с Германией Франция была обязанавступиться за чехов! А в таком случае и СССР мог прийти на помощь не только Праге, но и Парижу! Срабатывала система союзов: Франко-советский пакт о взаимопомощи от 2 мая 1935 года, Советско-чехословацкий договор от 16 мая 1935 года. И вся красивая комбинация Запада рассыпалась, как карточный домик.
Между тем в Лондоне и Париже начинали терять терпение. Вечером того же 20 сентября английский посол Ньютон сообщил чешскому правительству, что «в случае, если оно будет дальше упорствовать, английское правительство перестанет интересоваться его судьбой». Французский посланник Делакруа поддержал это угрожающее предупреждение. Но и на этом дипломаты не успокоились. В два часа ночи (!) послы «дружественных» Англии и Франции подняли чехословацкого президента Бенеша из постели. За прошедшие сутки это был уже их пятый визит. Ночные гости предъявили Бенешу ноту, а по сути, самый настоящий ультиматум: «если оно (правительство Чехословакии. - И. С.) не примет англо-французского плана, то весь мир признает Чехословакию единственной виновницей неизбежной войны»[301].
21 сентября 1938 года ультиматум «союзников» обсуждался на заседании чехословацкого правительства. Его решение предсказать несложно: немного повиляв по двору, индюшка позволила хозяину себя крепко схватить и отнести к месту экзекуции. Уж слишком было нужно ее зарезать. Ответ на вопрос, почему, мы можем прочитать у Черчилля: «...Нужно напомнить такой потрясающий факт: за один-единственный 1938 год Гитлер в результате аннексии присоединил к рейху и подчинил своей абсолютной власти 6 миллионов 750 тысяч австрийцев и 3 миллиона 500 тысяч судетских немцев - всего свыше 10 млн подданных, работников и солдат»[302].
17 мар 2010, 08:30
Читайте также
Информация
Комментировать статьи на сайте возможно только в течении 100 дней со дня публикации.