Последние новости
03 дек 2016, 15:27
Украинские силовики стягивают минометы, танки и реактивные системы залпового огня (РСЗО)...
Поиск



» » » Есть люди - встречи с которыми - подарок судьбы - война 1941 - 1945


Есть люди - встречи с которыми - подарок судьбы - война 1941 - 1945

Есть люди - встречи с которыми - подарок судьбыЕсть люди и есть страны, встречи с которыми - подарок судьбы. Об этих встречах не стирается воспоминание. Но дело, конечно, не в воспоминаниях, которые сами по себе составляют лишь орнамент прожитой жизни. Дело в ду­ховном, нравственном и эмоциональном воздействии. И чем больше таких встреч, тем ты становишься богаче, сильнее.

Когда из жизни уходит такой человек, это трагедия. Иногда - трагедия целых народов, ставших богаче и силь­нее благодаря его жизни.

...Февраль. Яркое, теплое солнце. Зелень пальм на фоне синего неба. С любопытством прильнули мы к окнам самолета, приземлившегося в Гаване. Ярким ковром из одежд и лиц огромная толпа скрыла полоску бетона между только что заглушившим двигатель ИЛ-18 и зданием аэропорта. Среди радуги цветов повторяется оливково-зеленый мотив формы вооруженных бородачей. Но нет и в помине порядка, протокола, пограничных или таможен­ных условностей.

Подкатывают трап какой-то американской авиакомпа­нии. Вдруг в толпе, без того бурлящей и темпераментной, начинается словно водоворот. В центре его - появившийся только что высокий бородач в той же оливково-зеленой форме. Рядом - невысокий человек, спокойный, а точнее - ухитряющийся оставаться спокойным в этом вулкане страстей, в смешении гомона толпы со звуками румбы национального трио музыкантов, которые по традиции встречают всех прилетающих.

Первый - Фидель Кастро Рус. Второй - Эрнесто Гевара де ла Серна. Об одном ухе слышали в Москве. Другого узнаем только здесь. Это он год назад первым вошел во главе колонны повстанцев в ликующую Гавану...

В вилле, куда привозят советскую правительственную делегацию, - как в муравейнике. Здесь тоже нет ничего хотя бы отдаленно напоминающего протокол. Оливково-зеленые солдаты расхаживают по дому, разговаривают по телефону, дают распоряжения - по-моему, друг другу. Вокруг Фиделя все время группа людей - подходящих, уходящих и просто стоящих. Гевара на площадке возле дома, в саду. Весело смеется с одним-единственным собе­седником - скорее всего, над каким-то анекдотом. Успе­ваем заметить, что кубинцы очень любят потешаться над тем, что вроде бы должно их кусать.

Постепенно людей становится меньше. Теперь можно разглядеть и нескольких женщин. Среди них - красивая, с неожиданными здесь русыми волосами. «Старожил» Са­ша Алексеев объясняет: «Жена Гевары». Все вместе -человек 20-25 - фотографируемся в саду.

Начинаются удивительные, незабываемые девять дней одного, тысяча девятьсот шестидесятого, года.

Открытие советской выставки. Речи с трибуны. Вы­стрелы контрреволюционеров за углом - возле памятника Хосе Марти. Темп жизни здесь сумасшедший. Сначала он изумляет, а потом увлекает за собой и покоряет. Хочется жить именно так, в буре, неразберихе и движении. Когда через десяток дней мы окажемся на игрушечных улицах безмятежного Осло с его псевдострастями на афишах ки­нотеатров, мы с удивлением, даже с легким презрением будем озираться вокруг. Хотя бедный Осло, конечно, не виноват, что застрял на севере старой, музейной Европы.

Он приехал тогда на I конференцию ЮНКТАД, кото­рая уже начала работу. Его появления ждали с нетерпени­ем. Чуть странно было увидеть Гевару в прилизанной Женеве. Зато видели бы вы, как встретил его большой зал Дворца наций! Не знаю, на каком основании, по какому праву, но я тоже испытал гордость за Кубу, когда гремела овация в честь взошедшего на трибуну Че. Не видно было, чтобы кто-то остался сидеть при этом общем порыве, охватившем делегатов и всех присутствовавших. Уж не знаю, что делал Джордж Болл, возглавляющий делегацию США...

В перерыве Че направился не в привилегированное лобби для делегатов, а в курительный холл с дешевым буфетом, где-то внизу, возле гардероба. Здесь он себя чувствовал уютнее, стоял с сигарой в зубах, со своей покоряющей улыбкой. Его обступили журналисты - с хваткой, напористостью, свойственными только запад­ным репортерам. Но не тут-то было. Он и бровью не повел, оставаясь даже как бы флегматичным, неторопливо беседуя с ними, на глазах «сбивая темп» с этих асов пере­крестного допроса.

В один из дней мы гуляли по набережной с южной стороны озера, напротив Дворца наций. Эрнесто Гевара, Н. С. Патоличев, мы с журналистом Николаем Чигирем, помощник министра внешней торговли Л. К. Савинов. Че и Николай Семенович обсуждали работу конференции, те серьезные проблемы, по которым развивающиеся страны ждали решений. Друг другу понравились, хотя и во мно­гом были несхожи. Сразу нашли общий язык и выработа­ли общую точку зрения на узловые вопросы работы конференции.

...В холле роскошного отеля «Интерконтинентал», в глубоком кресле одиноко сидел китаец. Когда мы выходили, чтобы пройтись, Че кивнул на кресло и усмехнулся:

«Кое-кто считает меня прокитайцем. Но не они! Сидят, бедняги, регистрируют все мои передвижения и встречи». Действительно, непроницаемо озабоченный китаец сидел там и часа через три, когда мы, уже нагулявшись и поря­дочно поговорив в номере, расстались, оставив Гевару за кипой бумаг.

14 мар 2010, 19:03
Читайте также
Информация
Комментировать статьи на сайте возможно только в течении 100 дней со дня публикации.