Последние новости
03 дек 2016, 15:27
Украинские силовики стягивают минометы, танки и реактивные системы залпового огня (РСЗО)...
Поиск



» » » Первенцев А.: задание Родины - война 1941 - 1945


Первенцев А.: задание Родины - война 1941 - 1945

Первенцев А.: задание РодиныРадио принесло долгожданную весть. Начались мощные контр­удары советских войск. Разгромлена группа Клейста. Дивизии Красной Армии перешли в наступление. Притихшие толпы стоя­ли у радио и рупоров и ловили каждое слово. И над тысячами людей, заволоченных клубами пара, спокойный голос диктора из Москвы.

Небывалый труд воинов фронта и тыла начал приносить пер­вые плоды. Прошли митинги-летучки...

Рамодан отпечатал сообщение Информбюро и телеграмму Верховного Главнокомандующего героям Южного фронта. Ли­стовки распространили по заводу. Ими зачитывались, прятали их, снова читали, разглаживая бумагу заскорузлыми пальцами.

Прервав отдых, стала на работу ночная смена. Усталость от напряжения последних дней, конечно, не исчезла. Но теперь ча­ще вспыхивал смех, перекидывались шутками, повеселели. Люди вступали во вторую фазу борьбы: возникло движение по созда­нию фронтовых бригад, патриотическое движение, охватившее весь тыл. Рабочие и инженеры поклялись работать с достоинст­вом фронтовиков.

Завтра на летное поле выходила первая машина. Вслед за ней - еще десять, первые из потока, который беспрепятственно потечет, если ничто не помешает. Ее ждали нетерпеливо. Шевко-пляс потирал руки от удовольствия и торопил не меньше, чем прилетевшие с ним военпреды. Исхудавший Данилин сопровож­дал директора по сборочному цеху.

- Вот и принялись обдирать перья с вашего мифа, - под­шучивал Богдан.- Так и общиплем его до голого тела, до реб­рышек.

- А вы злопамятный, Богдан Петрович.

- Без всякого зла, Антон Николаевич. Просто от радости. Семья на Кубани. Шли немцы к Дону, а у меня кошки на серд­це. Обещал Тимишу сохранить его жену и ребенка, и вдруг... Сын там, мать... признаюсь, было страшновато. А теперь ото­гнали. Видите, какие мысли...

В конторке пришлось переодеться в комбинезон, чтобы было удобнее «обнюхивать» машину. Начальник сборочного, молодой инженер, казавшийся внешне на десяток лет старше, помог ди­ректору затянуть молнии.

- Волнуетесь?

- Естественно, Богдан Петрович, - он зябко поежился, потер руки.- Первая. В мозжечке что-то давит. Третьи сутки не вы­ходим из цеха.

- А монтажные бригады на высоте?- Богдан употребил любимое выражение начальника цеха.

- На высоте, Богдан Петрович.

- Тогда спустимся к ним со своих небес.

Стоило отворить двери конторки, и снова их окружил при­вычный шум, где говор пневматики и завывание дрелей не последние звуки в сложной гамме.

Шум сборочного цеха сродни шуму жатвы, где рокот ком­байна завершает многотрудный сезон землепашца.

Одевали машины - из клейменых ящиков вытаскивали мо­торы, сработанные на заводе у Камы, скрипели лебедки, подво­зили крылья на стапелях, крепили, нивелировали различные тригонометрические узлы, «болтили» и «контрили», крепили хвосты...

Самолеты, вначале напоминавшие ободранных и прикор­нувших птиц, один за другим расправляли крылья, обрастали перьями, наращивали стальные клювы орудий и пулеметов. И возле них, так что не слышно человеческой речи, трещали и виз­жали молотки и дрели, шатались светлячки переносных ламп, катились автокары и ручные тележки, и дым раскаленных жа­ровен поднимался и уходил через фонари, напоминая дым жерт­венников.

Первый после эвакуации самолет. Вот он - тот, который завт­ра должен подняться вверх и наполнить воздух забытым гулом. Не только этой машине даны крылья, они завтра будут даны всему заводу, ибо это авиационный завод, и без летающих над ним самолетов он немыслим.

Там взорван - здесь построен. Трудно, невозможно справить­ся со страной, именуемой Советским Союзом.

Возле первенца копошились монтажники. Их бригадир, опыт­ный мастер, с неестественно длинными усами, такие теперь и не носят, обещал на производственном совещании уложиться в срок. Обещал, правда, тихо, вяло жестикулируя, говорил будто по-заученному. Только после совещания, подойдя к нему, Дубенко понял его состояние - безразличной, смертельной усталости. «Надо ему дать передохнуть. Как испытаем первые, отпущу в тайгу. Выдам ружье. Пусть побродит, отойдет».

13 мар 2010, 16:12
Читайте также
Информация
Комментировать статьи на сайте возможно только в течении 100 дней со дня публикации.