Последние новости
01 дек 2016, 18:53
Тридцать лет назад, 26 апреля 1986 года, рядом с украинским городом Припять произошла...
Поиск





Значение романа "Тихий Дон"

Значение романа "Тихий Дон"

Никаких возражений не имею против того, чтобы признать «Тихий Дон» одной из вершин советской лите­ратуры.

В советский период понятие «художественная цен­ность» хотя и существовало, но явно уходило на второй план. В первую очередь требовалась лояльность произве­дения правящему режиму. В наибольшей степени это от­носилось к такому жанру, как исторический роман. Худо­жественная же ценность рассматривалась как второсте­пенный (вспомогательный) фактор. Мол, совсем неплохо, если она присутствует. И не более того.

Вспоминаю многочисленные книги 60-70-х годов или, скажем, художественные фильмы. На вопрос: «О чем фильм?», следовал ответ: «Производственная тема». У нас в семье это комментировалось следующим образом:

И он ласкал в тени завода ее мозолистую грудь.

Помимо всего прочего, было еще и очень скучно. Тако­го рода художественные произведения не могли вызвать ничего, кроме раздражения. Наглядная иллюстрация того, что бывает, когда идеология стоит над творчеством.

Вернемся к роману. Что же в нем особенного?

Полагаю, что его создание можно сравнить с выполне­нием сложнейшей, совершенно невероятной задачи, по поводу которой любой здравомыслящий человек уверен­но скажет: «сделать такое невозможно».

Автор ставит перед собой задачу описать одно из са­мых слабых мест советской власти - Гражданскую войну. Ежу понятно, что описать данный период, с одной сторо­ны, чтобы это выглядело достоверно, а с другой, чтобы это понравилось правящему режиму, - практически невоз­можно.

Так мало этого, это еще и делается на примере казачье­го сословия, которое априори данную власть восприни­мать не может.

Любой мало-мальски вменяемый прокомментировал бы подобного рода попытки: «миссия невыполнима». Сде­лать что-либо подобное просто невозможно.

И тем не менее автор (авторы) романа посрамил (по­срамили) всех многочисленных скептиков.

В первую очередь, роман удовлетворяет всем мысли­мым (и, как уже говорилось ранее, даже немыслимым) требованиям советской власти. Причем, выполнены эти требования на одном из самых сложных периодов исто­рии. А во-вторых, что также немаловажно, он еще и захва­тывающе написан. Использован достаточно редко встре­чающийся для столь идеологически жесткого государст­ва - «метод скабрезных анекдотов».

Это после окончания советской власти литературу за­бивают под завязку: убийствами, сексом, насилием. В то же время этого практически не было. В качестве одного из объяснений (почему подобная манера использована в ро­мане) можно сказать, что большевики не имели ничего против того, чтобы именно так изобразить казачество, ко­торое они ненавидели всей душой. Этот номер прошел еще и потому, что в нашей огромной стране мало что зна­ли о других сословиях. За чистую монету принималась любая небылица. . Уместно еще раз привести заметку «Казаки в Карпатах» [сообщил АГ. Кабанов со ссылкой на ж Нива, № 14,1915, с. 4]:

«Сообщая о тяжелом положении русского населения в Галичине, посетивший ее член Государственной Думы от казачества МЛ Караулов рассказывал в «Биржевых ведо­мостях», как дико и невежественно население горных за­холустий Прикарпатской Руси. Во многих селах приходи­лось встречать людей, искренне веривших, что казаки - полу кони, полулюди; что у казаков не по два глаза, как у прочих людей, а по одному, или, наоборот, по четыре: два спереди, а два на затылке, между волос под шапкой.

И жители просили казаков снимать шапки, щупали собственноручно им затылки, чтобы убедиться в своем заблуждении. Да и то еще иные оставались в сомнении и, отходя, говорили: «Ну, это должно быть, не настоящие казаки!» Матери спрашивали офицеров, какого ребенка ее будут закалывать на ужин первым».

Очень интересна в этом плане статья Н. Казьмина (см. с. 189-191), повествующая о том, какие небылицы расска­зывали о казаках.

Интересно то, что таких результатов в «двоебории»: 1) описать заведомо гиблую для советской власти тему в удобоваримом виде; и 2) создать увлекательный роман, - пожалуй, не добился ни один из советских писателей.

Подобного рода метод в написании еще одного рома­на о донском казачестве был использован доктором исто­рических наук М.А. Алпатовым [«Горели костры». М., Сов. писатель, 1973,448 с].

Использована та же схема, но уровень таланта, разуме­ется, значительно ниже.

Источник:
20 янв 2009, 14:01
Информация
Комментировать статьи на сайте возможно только в течении 100 дней со дня публикации.