Последние новости
03 дек 2016, 15:27
Украинские силовики стягивают минометы, танки и реактивные системы залпового огня (РСЗО)...
Поиск



» » » » Революция в романе "Тихий Дон"


Революция в романе "Тихий Дон"

Революция в романе "Тихий Дон"

В книге «Миражи «Тихого Дона» под этим подразумева­ются первые 4 месяца советской власти. Здесь хотелось бы получить ответ всего-навсего на один вопрос. Причем этот вопрос, вообще, самый главный для данного романа:

Почему началось Всеобщее восстание?

Трактовка автора просто смехотворна: особых причин не было, просто слегка похулиганили красноармейцы Ти­распольского отряда 201-й Социалистической армии. Ни­каких предшествовавших этому систематических массо­вых расстрелов и в помине не было (только два, и те - по делу). Эти же хлопцы просто напились и немного «поша­лили», в частности, изнасиловали двух казачек

«Обиженные притеснениями разложившегося отряда красноармейцев Тираспольского полка, казаки устроили ночное побоище: «Тихо заплескалась рубка. Через час за­вершено было дело: отряд разгромлен дотла, более двух­сот человек порублено и постреляно, более пятисот взя­то в плен», III, 322. Подобная сцена изображена в одном из ранних рассказов ФД. Крюкова «Шульгинская расправа»: «Безмолвная, зверская расправа закипела в станице. В ка­кой-нибудь час все было кончено. Тысяча солдат, десять офицеров... - все были перебиты и перерезаны» [Me, с. 34]. Вот что сказано по этому поводу у М.Т. Мезенцева.

И, разумеется, ни слова о том, что это не повод, а основ­ная причина Всеобщего восстания.

В исследовании А.В. Венкова глава «Мигулинцы» [В, с. 225-226] как бы должна рассказывать о начале Всеоб­щего восстания, но на самом деле посвящена В.В. Попову, как одному из предполагаемых авторов романа. Помимо этого А.В. Венков также обратил внимание на эпизод с Тираспольским отрядом.

«Иногда в описании конкретных событий сцены дают­ся с «перехлестом», красногвардейцам приписывается то, чего они не делали. Таково описание боя под Сетраками.

Тирасполъский отряд 2-й Социалистической армии (Украинской), отступая от немцев, вступил на терри­торию Донской области в районе хутора Сетраковского Мигулинской станицы. «Вскоре к хутору подошел весь отряд. В нем насчитывалось около 800 штыков и сабель.

Красногвардейцы, на треть разбавленные китайцами, латышами и прочими иноземцами, расположились ноче­вать за хутором. Командир отряда, по-видимому, не хо­тел ночевать в хуторе, не надеясь на своих разноплемен­ных и разнузданных солдат... Разложившиеся под влиянием уголовных элементов, обильно наводнивших собою отряд, красногвардейцы бесчинствовали по дороге. В ночь под 17 апреля, расположившись на ночевке под хутором Сетраковым, они, несмотря на угрозы и запрещения команд­ного состава, толпами пошли в хутор, начали резать овец, на краю хутора изнасиловали двух казачек, откры­ли беспричинную стрельбу на площади, ранили одного из своих. Ночью заставы перепились (спирт везли на каждой повозке обоза). А в это время трое верховых казаков, вы­сланных из хутора, уже поднимали в окрестных хуторах сполох» (Октябрь, 1928. № 8, с. 120). На рассвете казаки их уничтожили: «На заре с гиком со всех сторон опрокинулись на красногвардейцев конные казачьи лавы (ч. 5, гл. XXI).

На самом деле все обстояло несколько иначе. Тирас-польский отряд состоял из 2000 человек. Костяк его со­ставляли 5-й Заамурский конный полк (тот самый, что разбил потом отряд Петра Мелехова, правда, назван он «4-м Заамурским»), 74-й Ставропольский и 254-й Северо­донецкий пехотные полки старой армии, отряд Илла­рионова, китайский батальон Якира и четыре батареи. Так что китайцы действительно были. Отряд вступил на территорию области 16 апреля по старому стилю. Командование отряда связалось с местной властью, пре­дупредило, что займет позицию и будет драться с нем­цами. Сами белые в 1919 году писали, что насилий крас­ногвардейцы не чинили. Из Сетраков в Мигулинскую сооб­щили, что прибыла кавалерия, артиллерия и пехота, ведут себя спокойно, никого не обижают, за все платят> [А Кожин. В верховьях Дона//Донская волна, 1919, 12 мая] Меж тем в станицах Верхнего Дона уже произошел пере­ворот, мирным путем на съезде Советов к власти приш­ли сторонники белых. Кроме того, стремясь предотвра­тить вторжение немцев на донскую территорию вслед за отрядами украинской Красной гвардии, советское ру­ководство дало телеграмму с приказом разоружить все части, переходившие границу Украины и Российской Фе­дерации. Имея на руках эту телеграмму, новое казачье правление решило разоружить Тирасполъский отряд и объявило мобилизацию. Сборы и переговоры с красногвар­дейцами длились три дня. За это время «красногвардейцы значительно продвинулись вперед и, проходя по казачьим хуторам, были корректны» [А Кожин Указ. соч.]. 19 апре­ля (а не 17, как в романе) после серии переговоров и пере­стрелок с поднявшимися по мобилизации казаками крас­ногвардейское командование подчинилось приказу боль­шевистского руководства о разоружении, на который все время ссылались казаки, и приказало положить ору­жие. Вот тогда казачьи лавы действительно «опрокину­лись на красногвардейцев». 5-й Заамурский конный полк прорвался и ушел в Воронежскую губернию, а остальная часть отряда была взята в плен. Пленных погнали от станицы к станице и по дороге порубили 500 солдат Ставропольского полка и 225 китайцев [В.А. Антонов-Овсеенко. Записки о гражданской войне. М., 1928, т. 2, с. 283]. Так что если мы сравним «белогвардейскую» публи­кацию 1919 года в журнале Донская волна» и текст «Ти­хого Дона», то явные преувеличения бесчинств красно­гвардейцев и активность казаков в романе сразу броса­ются в глаза» [В, с. 367-368]. Вот оно, оказывается, как! Я-то, по наивности полагал (и полагаю), что это - несураз­ное объяснение причины Всеобщего восстания, которое, в самом лучшем случае, может быть подано только в каче­стве повода (т. е. второстепенным фактором). А.В. Венков Же предлагает совсем другой ракурс. На этот эпизод, как на причину Всеобщего восстания, он вообще не смотрит, з эпизод рассматривает, как пример явного преувеличе­ния бесчинств красногвардейцев.

* * *

В книге А.В. Венкова особый интерес вызывает часть, именуемая «Идем от текста» [с. 414-445] и содержащая главы: 1) Революция в Ростове; 2) Переворот в Новочер­касске; 3) Трибунал; 4) «Подтелковский» блок; 5) Анабасис Чернецова; 6) Конец «Подтелковского» блока; далее еще 3 главы. Рассмотрим ее подробнее.

В главе «Революция в Ростове» [с. 416-420] основное внимание сосредоточено на том, чтобы показать, что опи­сываемые в романе события ноября 1917 г. на самом деле относятся к весне 1918 г. Тема массовых расстрелов не поднимается.

В главе «Переворот в Новочеркасске» [с. 420-422] ав­тора интересуют варианты описания последовательности действий отряда Голубова. Какой из них более точный (через какие станицы отряд шел на пути к Новочеркасску и пр.). И только.

Глава «Трибунал» [с. 422-425] совсем небольшая. Также в основном посвящена тому, откуда могли быть взяты эти данные. Также никакого анализа происходивших собы­тий. Действительно, кому они интересны (?!!).

Следующая глава «Подтелковский» блок» [с. 425-429]:

«Подтелковский» блок подвергся наибольшей правке после публикации журнального варианта. Выброшены были целые сцены, где участвовала некая Зинка, «белесая полногрудая девка», которую Подтелков возил С собой «под видом милосердной сестры» и которая отличалась «явными замашками проститутки». Объяснялось это тем, что «МЛ Шолохов был введен в заблуждение рас­сказчиками» (Гура В.В. История создания второй книги романам. Шолохова «ТихийДон»//Ученые записки Воло­годского пед. института, т. 18, 1956, с. 161).

Анализ этого блока глав позволяет сделать заключе­ние, что создавался он не по рассказам. Основным источником послужил еженедельник «Донская волна»» [В, с. 425]. от что, оказывается, выброшено из первоначального ваанта! А основной источник - «Донская волна» (?!!).

Здесь же подробным образом описаны переговоры одтелкова с Калединым: «16 декабря 1918 года в «Донской волне» был опублико­ван своеобразный протокол переговоров, написанный депу­татом Круга Ф.Г. Косовым, - «Подтелков в Новочеркасске». Редакция охарактеризовала его как «почти стенографи­ческий отчет». Этот «отчет» и лег в основу гл. X и XI ро­мана. Большая часть диалогов из «отчета» воспроизведена в романе дословно. Помимо этого использованы сделанные Ф.Г. Косовым описания участников переговоров» [В, с. 426].

Опять основной источник «Донская волна». И ни слова о том, насколько мощнее и достойнее выглядит Подтелков по сравнению с Калединым. Отмечено только:

«Зато в конце главы роман отступает от «отчета». В «отчете» Каледин объявил перерыв на два часа. Прави­тельство подготовило ответ, и в 12 ночи делегация ВРК выехала обратно. В романе Каледин переносит засе­дание на следующий день и одновременно отдает приказ отряду есаула Чернецова начать наступление. Таким об­разом, роман начинает клониться в сторону Подтелко-ва и обвиняет Войсковое правительство в вероломстве» [В, с. 428]. Кроме этого (привнесенного) куска, по мнению А.В. Венкова, все - из стенограммы (?!!).

Теперь глава «Анабасис Чернецова» [с. 429-435]. Вроде бы дается подробная биография В.М. Чернецова. Все, да не все. О деятельности в 1-ю мировую войну говорится толь­ко следующее:

«...служил в известном нам 9-м Донском полку, а в Пер­вую мировую - в 26-м (благодаря ему мы определили, в Каком полку мог служить студент - автор дневника).

В боях отличился. По ранению был эвакуирован с фрон­та...» [В, с. 430]. А ведь помимо многих наград у него было и Георгиевское оружие. Истинный герой! И в любой био­графической справке принято об этом упоминать. Из дан­ной главы нельзя понять истинной роли В.М. Того, что, как неоднократно говорили, со смертью Чернецова сопро­тивление белых лишилось души. Все тот же подробный разбор - с каких именно статей списаны последний бой Чернецова и то, как погиб он сам и его отряд.

Глава «Конец «Подтелковского» блока» [с. 435-439], ве­роятно, самая «забавная». Сначала представлены подроб­ные рассуждения на тему - с чего списана сцена казни подтелковцев (А. Френкель или Д. Делерт). Затем:

«Удивляло одно обстоятельство. На фотографии, сде­ланной на казни местным учителем, Подтелков и Кривошлыков стоят под виселицей обутыми. Снимок этот хо­роню известен. А в романе оба они босые, и Подтелков во время казни достал босыми ногами землю (ч. 5, гл. XXX). В чем же дело?» [В, с. 436].

После этого следует кропотливейший поиск по «Дон­ской волне». Там обнаруживается всего одна фотография казни рабочего-машиниста Ашихина. Это фото приводится в исследовании А.В. Венкова, а также сопровождается под­робным описанием казни палача. Это описание по объему превышает все исследование, посвященное казни подтел­ковцев. Как я понял: именно голые ноги Ашихина и голые (ошибочно) ноги Подтелкова говорят, что первоисточни­ком для романа послужила статья из «Донской волны» о каз­ни изверга (собственноручно зарубил 42 человека).

Источник:
20 янв 2009, 09:38
Информация
Комментировать статьи на сайте возможно только в течении 100 дней со дня публикации.