Последние новости
03 дек 2016, 15:27
Украинские силовики стягивают минометы, танки и реактивные системы залпового огня (РСЗО)...
Поиск



» » » » Реферат: Промышленный переворот в Англии


Реферат: Промышленный переворот в Англии

Реферат: Промышленный переворот в Англии Введение

Буржуазно-демократический политический строй, существующий в Англии с конца XVII в. и продолжающий в основном существовать и в наше время, появился после революции. А сама Англия, победившая в борьбе за господство на морях в XVI в. Испанию, в XVII в. — Голландию, в XVIII в. — Францию, превратилась в мировую супердержаву. Оставаясь небольшой страной, она стала центром огромной колониальной империи, куда входила почти вся Северная Америка, Индия и другие регионы. Из этого следовало, что в английскую промышленность в скором времени ожидается приток новых капиталов и растущий спрос на промышленные товары.

Однако почему же капитализм побеждает только со второй половины XVIII в.? Потому что только с этого времени начинается промышленный переворот — переход от мануфактуры к фабрике, от ручного труда к машинам. Мануфактура с ее ручным трудом еще не может использовать все преимущества капитализма, преимущества крупного производства перед мелким.

[sms]

Технический переворот того времени сопровождается изменениями и в общественных отношениях. Увеличивая производительность труда, т. е. количество продукции на занятого работника, машины увеличивают величину лишь прибавочного продукта, а необходимый продукт остается прежним. Если при переходе к машинам рабочий производит в 10 раз больше продукции, чем производил прежде, то его зарплата, расходы на его содержание не увеличиваются в 10 раз. Благодаря промышленному перевороту завершается формирование двух классов буржуазного общества — буржуазии и рабочего класса. И сразу же между рабочим и капиталистом вырастает стена, из-за того, что, работая на мануфактурной стадии производства, рабочий еще мог надеяться стать хозяином, но завести оснащенную машинами фабрику на свои сбережения рабочий явно не мог.

Сущность промышленного переворота в Англии

Первый в истории промышленный переворот произошел в Англии. Все началось с новой тогда отрасли — хлопчатобумажной промышленности. Хлопчатобумажное производство с древности было развито в Индии. Оттуда ткани из хлопка привозили в Англию, и народ их охотно раскупал, потому что они были относительно дешевыми. Английские промышленники попытались наладить хлопчатобумажное производство у себя дома, но оказались не в состоянии конкурировать с индийскими ткачами, ткани которых были и лучше, и дешевле. Перед хозяевами английских хлопчатобумажных мануфактур встала задача усовершенствовать производство, чтобы снизить стоимость продукции. С этой задачей успешно справились благодаря серии удачных изобретений.

Как известно, текстильное   производство, в том числе и   хлопчатобумажное, состоит из двух операций: сначала прядильщики готовят пряжу, потом ткачи ткут из этой пряжи ткань.

В каждом из этих процессов были поочередно сделаны изобретения.         

Первый этап. Началось все с того, что в   30-х гг. XVIII в., Кэй усовершенствовал ткацкий станок — изобрел “летучий челнок”, который ударами ракеток перебрасывался с одной стороны станка на другую. Раньше это приходилось делать вручную, и ширина ткани ограничивалась длиной рук рабочего. Теперь можно было ткать более широкие ткани и делать это гораздо быстрее. Изобретение Кэя значительно ускорило работу ткачей, но теперь им стало не хватать пряжи. Недостаток пряжи вызвал ее подорожание. Возникла диспропорция между двумя операциями.

Второй этап. После этого в результате трех изобретений (Харгревса, Хайса и Кромптона) в 60 – 70-х гг. XVIII в. была создана прядильная машина, которая настолько повысила производительность труда прядильщиков, что вызвала обратное несоответствие — ткачи не успевали перерабатывать изготовленную пряжу.

Третий этап. Эта диспропорция была устранена изобретением в 80-х гг. XVIII в. ткацкого станка Картрайта, который повысил производительность труда ткачей в 40 раз.

Благодарности изобретателям оказывались горькими. Так Кэю, изобретателю “летучего челнока”, промышленники отказались платить, а ткачи-ремесленники, которые боялись из-за новшества потерять работу, разгромили его дом. Харгревсу, изобретателю прялки “Дженни”, также пришлось спасаться бегством — его дом тоже был разгромлен. “Мюль-машина” Кромптона вызвала у промышленников большой интерес. Они подсылали своих агентов, чтобы раскрыть секрет машины; один из них даже пробил стену, чтобы подглядывать. У Кромптона не было денег, чтобы взять патент на свое изобретение. Он передал свое изобретение на общее пользование промышленникам, предполагая, что благодарные капиталисты вознаградят изобретателя. Те же собрали по подписке мизерную сумму. Спустя некоторое время Кромптон изобрел еще одну машину, но после долгих колебаний уничтожил ее.

С изобретением прядильных и ткацких станков переворот хлопчатобумажной промышленности еще не закончился. Дело в том, что машина состоит из двух частей: рабочей машины (машины-орудия), которая непосредственно обрабатывает материал, и двигателя, который приводит в движение эту рабочую машину. Промышленная революция началась с машины-орудия. Если до этого рабочий мог работать только одним веретеном, то машина могла вращать много веретен, вследствие чего увеличилась производительность труда. Поэтому машины мануфактурного периода были только “половинами” машин.

Если прежде рабочий сам двигал орудие труда, то теперь, когда материал обрабатывала машина, осталась только приводить в движение эту рабочую машину. Но человек — слишком несовершенный двигатель: он слаб и нуждается в большом расходе на свое содержание. Чтобы приводить в движение прядильные и ткацкие станки, требовалась более дешевая и мощная сила. Сначала прибегли к паллиативу, используя силу рабочего скота или падающей воды. Первые машины не случайно назывались “мюль-машинами” (т. е. приводились в движение мулами), “ватерными машинами” (действующими от водяного колеса). Но лошадь нуждается в отдыхе, водяное колесо может работать только часть года, причем его действие зависит от уровня воды в пруду, кроме того, для того, чтобы оно работало, необходимо строить плотину на реке.

Полностью использовать преимущества машинного производства оказалось возможным только с появлением парового двигателя, и поэтому изобретение парового двигателя считается центральным событием промышленного переворота.

Первые паровые машины появились еще в XVII в., но их назначение было узким — это были, в сущности, паровые насосы для откачки воды из шахт. Универсальный паровой двигатель, который можно было применять в разных отраслях промышленности и на транспорте, сконструировал лондонский университетский механик Джеме Уатт в 1782 г. Так как он не был членом цеховой корпорации механиков, городские власти не могли ему разрешить заниматься изобретательством. Свою работу он мог выполнить только в университетских лабораториях, потому что университеты пользовались автономией и были неподвластны городу.

История паровой машины лишний раз доказывает, что промышленный переворот — не просто цепь изобретений. Русский механик Ползунов изобрел свою паровую машину раньше Уатта, но в России того времени она оказалась не нужна и о ней забыли, как забыли, очевидно, и обо многих других “несвоевременных” изобретениях.

Нет необходимости прослеживать промышленный переворот во всех отраслях промышленности. В металлургии, например, он отличался значительными особенностями. Некоторые процессы здесь были механизированы и до промышленного переворота (механические молоты, механическое дутье в домне), а другие и после переворота долго оставались ручными — засыпка шихты в печь, разливка чугуна или стали. Дело в том, что металлургия относится не к механическим, а к химическим производствам, и основные производственные процессы здесь не зависят от скорости движений рабочего, т.е. механических движений: пока плавка чугуна не закончена, он должен оставаться в печи. Поэтому механизация таких химических производств невозможна. Можно механизировать лишь вспомогательные работы, но их механизация не ускоряет производственного процесса. Промышленным переворотом в таких производствах считается изменение технологии, которое позволяло увеличить и удешевить выпуск продукции.

Для английской металлургии это означало переход от древесного угля к каменному. Ко времени переворота леса в Англии были уже вырублены, угля не хватало, поэтому металлургия находилась в упадке; Англия была вынуждена ввозить металл из других стран, в основном из России.

В 30-х годах XVIII в. Дерби открыл способ выплавки чугуна на каменном угле, а в 80-х годах другой английский металлург Корт — способ переплавки этого чугуна на железо также на каменном угле (пудлингование). Поскольку каменного угля в Англии было достаточно, английская металлургия быстро вышла на первое место в мире.

Промышленная революция проходила как цепная реакция. Изобретения влекли за собой другие изобретения. Переворот начался с легкой промышленности, но в ходе него создавался рынок для тяжелой. Так, для изготовления массы машин для легкой промышленности требовалось много металла, а это вызвало переворот в металлургии. Спрос на машины нельзя было удовлетворить, изготовляя их в кустарных мастерских с ручным трудом, и это вызвало переворот в машиностроении — рождение машиностроительных заводов. Возросшую массу товаров уже невозможно было перевозить на лошадях и парусных судах, поэтому произошли большие изменения на транспорте.

Первый в мире пароход был построен в Англии механиком Саймингтоном в 80-е гг. XVIII в. Однако власти запретили его использовать, заявив, что волна от парохода разрушает берега. Вторично пароход был изобретен Фултоном в Америке в 1807 г. И только после этого в Англии стали строить пароходы.

В 1825 г. была пущена в ход первая железная дорога. Железные дороги не сразу завоевали признание. Сначала рельсы делали из чугуна, они ломались под тяжелыми паровозами. Существовало мнение, что гладкие колеса будут скользить по гладким рельсам, и поэтому на колесах и рельсах делали зубья. Владельцы дилижансов, которые боялись конкуренции железных дорог, вели против них агитацию.

Английская промышленность развивалась быстрыми темпами. Причина этого ускорения заключалась не только в том, что машины позволяли производить больше продукции. Увеличение количества продукции без увеличения рынка сбыта привело бы только к кризису перепроизводства. Пришлось бы останавливать заводы и уничтожать лишнюю продукцию. Действительная причина ускорения роста производства заключалась в том, что благодаря машинам, стоимость продукции понизилась, вследствие чего расширился рынок сбыта. Себестоимость хлопчатобумажной пряжи в ходе переворота упала в 12 раз! Хлопчатобумажные ткани стали настолько дешевле, что даже беднейшие слои населения, наиболее многочисленные, могли их покупать. Таким образом, промышленный переворот, снизивший цены на товары широкого потребления, был выгоден трудящимся.

Но это лишь одно социальное последствие переворота. В то же время переворот в текстильной промышленности разорил ткачей-ремесленников в Англии. Это был мучительный процесс. Первое время рабочие мануфактур пытались конкурировать с машиной. Они были вынуждены соглашаться на удлинение рабочего дня и снижение зарплаты. Но со временем машина настолько удешевляла производство, что дальнейшее сопротивление становилось невозможным.

Английские фабрики обрекли на гибель также миллионы индийских ткачей, потому что английские ткани быстро завоевали и индийский рынок. Если разоренный английский ткач мог стать фабричным рабочим, то в Индии фабрик не строили.

Машинное производство уже не требовало мастерства от рабочего. Работа приобретала характер простейших движений. С такой работой могли справиться женщины и дети, труд которых обходился капиталисту гораздо дешевле. Поэтому теперь в промышленности стал широко применяться женский и детский труд. Поскольку родители сначала не хотели отдавать детей на фабрику. Первые партии детей поступали из приютов и сиротских домов. Благотворители оптом, по несколько сотен, сдавали детей на фабрику за крупные суммы денег.

Переход к машинам не привел к безработице, т. к. растущей промышленности требовалось все больше рабочей силы. Но конкуренция дешевого женского и детского труда, а также то обстоятельство, что работа при машине не требовала прежнего мастерства, вели к снижению заработной платы. В начале XIX в. на свой дневной заработок английский ткач мог купить 2,5 кг хлеба. На такие деньги нельзя было прокормить семью. Поэтому значительная часть рабочих оказалась на содержании церковных приходов.

В Англии того времени был обычай содержать бедняков за счет приходов. Если рабочий не мог своим трудом прокормить семью, то недостающие деньги он получал от прихода. Поскольку в годы промышленного переворота число бедняков стало катастрофически увеличиваться, был введен специальный налог на бедных, величина которого скоро достигла 8 млн. ф. ст. Чтобы сократить выдачу пособий по бедности, были организованы “работные дома”, где бедняков намеренно содержали в тяжелых условиях и заставляли выполнять нелепую и ненужную работу — бить камни или расплетать канаты. И бедняки уже боялись попасть в “работный дом”.

Экономический подъем Англии в XIX веке

 Итак, в результате промышленного переворота промышленность резко ускорила выпуск продукции. В середине XIX в. Англия производила половину мировой промышленной продукции. Ее называли теперь “фабрикой мира”, потому что она снабжала своей продукцией все страны. Поскольку английские товары были дешевле товаров других стран, где еще господствовала мануфактура, они легко вытесняли их с мирового рынка.

С ростом промышленности растет и население городов, т.к. промышленные предприятия, в отличие от мануфактур, находились в городах.

В сельском хозяйстве в 1850 г. было занято только 30 % населения, а в 1871 г. — 14 %. Но это совсем не означало упадка сельского хозяйства Англии. Наоборот, оно становится в это время самым рациональным, самым продуктивным в мире. Здесь не осталось крестьянских натуральных хозяйств, были только фермеры. С ростом городов повысился спрос на молоко, мясо, овощи — и теперь производство именно этих продуктов стало самым выгодным в сельском хозяйстве и оттеснило овцеводство. Но крупные землевладельцы не могли сами заниматься производством этих продуктов, в отличие от овцеводства, требовали хозяйственных забот и личного участия хозяина. К тому же молочная или овощная ферма не требовала много земли, а владения лендлордов были большими, но часто разбросанными по разным частям Англии. Поэтому для лендлордов было проще сдавать землю в аренду.

С развитием капитализма арендная плата выросла в 5 – 10 раз. Большинство арендаторов, те, которые вели традиционное натуральное хозяйство, уже не могли платить такую высокую плату и разорялись. Оставались те, которые применяли минеральные удобрения, использовали сельскохозяйственные машины, передовую агротехнику, разводили породистый скот, короче говоря, переходили к рациональному товарному производству и получали значительную прибыль. Земля теперь приносила достаточный доход, если фермер вкладывал капитал в хозяйство. В начале XIX в. считалось, что для ведения фермы нужно вложить капитал из расчета 5 фунтов стерлингов на акр (0,4 га), а в середине века эта цифра выросла до 10 – 12 фунтов.

Немногочисленные крестьяне, сохранившие собственную землю, не стали фермерами: рост арендной платы не позволял им переходить к рациональному товарному производству. Так и получилось, что в Англии сельскими капиталистами, фермерами стали не собственники земли, а арендаторы.

В результате перехода к капитализму продуктивность сельского хозяйства Англии стала значительно выше, чем в других странах. Урожайность зерновых в середине XIX в. здесь была выше, чем во Франции, в 2 раза, а продуктивность мясного животноводства — выше в 2,5 раза.

В это время Англия стала и самой крупной колониальной державой. С середины XIX в. она окончательно закрепилась в Индии, захватила Канаду, подчинила ряд территорий в Африке и, наконец, превратила в свою колонию целый континент — Австралию.

Если прежде для Англии, как и для других стран, колонии были источником накопления капиталов, то после промышленного переворота их значение и характер их эксплуатации меняется. Колонии становятся источником сырья и рынком сбыта, аграрным придатком метрополии. Примером может служить Австралия. Грабить эту страну, как испанцы грабили ацтеков и инков, было невозможно: у австралийских аборигенов не было никаких богатств. Не было здесь и пряностей, которые можно было бы продать в Европе в несколько раз дороже. Англичане стали создавать там огромные скотоводческие хозяйства, разводя главным образом овец, и превратили Австралию в источник сырья для английской шерстяной промышленности. Сюда переместилось теперь овцеводство из Англии.

В источник хлопка, сырья для хлопчатобумажной промышленности превратили Индию. Хлопок там стал вытеснять традиционные продовольственные культуры, и в Индии стало не хватать продовольствия. Вывозя сельскохозяйственное сырье, англичане сбывали в колонии свои промышленные товары, не допуская развития там собственной промышленности.

Английские колонии можно разделить на два типа: переселенческие и непереселенческие.

Переселенческие колонии — это те, основное население которых составили переселенцы из Англии и других стран Европы т. к. местное население колоний было частью вытеснено, частью истреблено, а иногда изначально было не слишком велико. К таким колониям относились Канада, Австралия, Южно-Африканский Союз — территории в относительно умеренном климате. В таких колониях довольно быстро развивается буржуазная экономика. У буржуазии таких колоний, т. е. “своей” же английской буржуазии, только переселившейся на новое место, возникли противоречия с английским правительством. Англия, опасаясь потерять эти колонии, как она уже потеряла колониальные владения в Северной Америке, ставшие самостоятельным государством (США), шла на уступки местной буржуазии, предоставляя права самоуправления.

Непереселенческие колонии, т. е. такие основную массу населения которых составляли коренные жители, подобными льготами не пользовались. Англия там старалась законсервировать феодальные порядки и не допускать экономического развития. Но и в таких колониях с переходом к новому характеру эксплуатации некоторые порядки периода первоначального накопления прекращаются. В 30-е гг. XIX в. было отменено рабовладение.

Англия этого времени стала не только “фабрикой мира” и крупнейшей колониальной державой, но и “владычицей морей”. В середине XIX в. ей принадлежало 60 % мирового торгового флота. Она теперь так же господствовала в мировой торговле, как два столетия до этого господствовала Голландия. Впрочем, Англии не грозила судьба Голландии, потому что она перевозила в основном товары, так или иначе имеющие отношение к ее хозяйству. А в связи с этим изменилась торговая политика английского правительства. В 40-е гг. XIX в. оно переходит к политике свободной торговли, то есть снижает или совсем отменяет торговые пошлины. Теперь, когда английские товары завоевывают иностранные рынки, главной задачей стало не защищать для них внутренний рынок Англии, а обеспечивать их экспансию на внешние рынки. Заключая торговый договор с другим государством, Англия демонстративно отменяет пошлины на товары этого государства, но требует, чтобы и это государство отменило пошлины на английские товары, пустило их на свой рынок.

Заключение

Исключительное положение в мировом хозяйстве занимает первая в истории человечества английская фабрично-заводская индустрия. В период наполеоновских войн и континентальной блокады Англии со стороны Франции и зависимых от нее государств доступ на континент английских машин практически прекратился, и поэтому техническое перевооружение европейской промышленности весьма задержалось. После разгрома Наполеона, когда континентальные страны вернулись к мирному развитию экономики, английская промышленность быстро ушла вперед и конкуренция с ней до поры до времени исключалась. Стоимость английских промышленных товаров, произведенных машинами, непрерывно снижалась. Фунт бумажной пряжи, который в 1788 г. стоил 35 шиллингов, в 1800 г. уже стоил 9 шиллингов, а в 1833 г. снизился до трех шиллингов. Благодаря такому снижению цен английская продукция обеспечила себе поистине глобальный рынок.

Однако английская экономика имела и уязвимые места. Одним из таких мест была зависимость от хлебного импорта. Благодаря огораживанию Англия превратилась в страну неограниченного господства крупного землевладения, и хотя большая часть земли сдавалась в аренду фермерам-предпринимателям, потребности страны в хлебе не покрывались.

Тем не менее, английское земледелие находилось под охраной аграрного протекционизма, выгодного крупным землевладельцам. Согласно “хлебным” законам от 1815 г., ввоз хлеба в страну разрешался, если только внутренняя цена превышала 82 шиллинга за квартал. Это “било” и по рабочим, и по буржуазии, поскольку удорожало рабочую силу и не способствовало экспорту английских промышленных товаров, которые в ответ на хлебные пошлины облагались за границей высокими таможенными пошлинами. Ненавистные английскому народу хлебные законы отменили в 1846 г. В основу новой, еще невиданной в мире хозяйственной политики ограниченной свободы торговли (free trade — фри тренд), которая через сто лет стала фундаментом европейской экономической интеграции легла отмена хлебных законов.

Свободная торговля (фритредерство) подразумевала встречное освобождение от таможенных пошлин почти всего реестра возимых в Англию и вывозимых из нее договорившимися странами товаров, а также отмене ограничений для иностранного фрахта. Хотя взаимное благоприятствование было обоюдовыгодным, но на практике Англия выгадывала больше, так как обеспечивала как беспошлинный сбыт за границей своих изделий, так и дешевое импортное сырье и продовольствие на внутреннем рынке.

В 60-х гг. XIX в., по принципу взаимного благоприятствования, Англия заключила двусторонние договоры — с Францией, Бельгией, Италией, Австрией, Швецией, Таможенным союзом германских государств. Показателен в этом смысле англо-французский договор 1860 г., казалось бы, более выгодный для Франции: Англия вовсе отменяет пошлины на французские шелка и продовольствие, а Франция — только снижает тариф на английские машины, уголь, шерсть и пр. Однако даже частично облагаемые пошлинами массовые английские товары стоили дешевле и заполонили французский рынок.

Уже через 2 года английский экспорт во Францию удвоился. Свобода торговли помогла Англии занять доминирующие позиции в мировой промышленности, торговле, кредите, морском транспорте. В 1850 г., когда общий оборот мировой торговли составлял 14,5 млрд. марок, а долю Британской империи приходилось 5,24 млрд. марок, в 1870 г. эта доля составляла уже 14 млрд. из общей суммы 7,5 млрд. марок (общая доля Франции, Германии и США за то время повысилась с 4,9 до 12 млрд.). Образование Английского банка датируется 1694 годом, а в середине XIX в. Лондон превратился в мировой кредитный центр. Благодаря этому английский банк постепенно становится самым крупным мировым банком, кредитующим не только промышленность и торговлю, но и всю кредитную систему страны даже мира.

[/sms]

24 сен 2008, 09:35
Читайте также
Информация
Комментировать статьи на сайте возможно только в течении 100 дней со дня публикации.