Последние новости
05 дек 2016, 21:32
Приближается конец 2016 года, время подводить его итоги. Основным показателям финансового...
Поиск

» » » » Реферат: Принципы немецкого расизма и их претворение в жизнь правительством фашистской Германии


Реферат: Принципы немецкого расизма и их претворение в жизнь правительством фашистской Германии

Реферат: Принципы немецкого расизма и их претворение в жизнь правительством фашистской Германии Введение

Актуальность данной темы заключается в исключительной важности расового вопроса для понимания политики и идеологии фашистской Германии и для понимания мировоззрения лидеров и создателей НСДАП. Как известно, расовый и национальный вопрос занимал ключевое место в политических и идеологических представлениях германских национал-социалистов. Основной целью представленной работы является изучение вопроса о расовой частоте в идеологических и политических воззрениях представителей нацистского движения в Германии, а также реализация этих представлений о расовой чистоте после прихода Гитлера к власти. В работе будут прослежены истоки расизма гитлеровского движения и рассмотрены расистские теории, заимствованные германскими фашистами, особенно, те их элементы, которые прямо вошли в идеологию НСДАП. Вопрос об идеологии фашизма, ее генезисе, степени ее эффективности и ее социальном содержании носит важное практическое значение для борьбы с этим явлением. Так как расизм был основной составляющей частью фашистской идеологии, то изучение поставленного вопроса о расовой чистоте имеет большое значение для исследователей феномена национал-социализма.

Для идеологии фашистской элиты Германии был характерен аристократизм, основанный на презрении к маленькому человеку, к плебсу, к больным и слабым. Поэтому расовая теория для гитлеровской элиты имела прежде всего социальный смысл, ибо оправдывала ее особое положение в обществе с помощью дополнительных, биологических аргументов. Как отмечает А. А. Галкин, “для массового потребления внутринациональная сторона расовой теории всячески затушевывалась. Зато постоянно подчеркивалась ее межнациональная сторона, позволявшая воспитывать чувство превосходства своего народа над другими и тем самым подводить идеологическую базу под политику агрессии и национального угнетения и т. д.” [Галкин А. А., Германский фашизм, М: Наука 1989, с. 271].

[sms]

Соответственно, подробное исследование политики третьего рейха по отношению к расовой частоте имеет большое значение для развенчания самой идеологии расового превосходства, характерной для гитлеровской элиты. Показ результатов данной политики дает в руки антифашистов реальные идеологические средства для противостояния угрозе фашизма в современном мире.

Расовая теория как идеологическая основа политики третьего рейха по отношению к расовой чистоте

Расовая теория с самого возникновения национал-социалистского движения занимала в его идеологии чуть ли не первое место. Политическая концепция и политическая программа нацизма, с одной стороны, впитали наихудшие черты мрачной германской расовой и геополитической философии прошлого, а с другой стороны — сложилась в период между 1919 г., когда Гитлер, отравленный газом, “решил стать политиком”, и 1926 г., когда он написал вторую книгу своего “основополагающего” произведения “Майн кампф”. В будущем то и другое лишь частично видоизменялось и уточнялось применительно к ситуациям. Эта концепция и вытекающая из нее программа вполне отражали цели, надежды и стремления самой крайней, самой реакционной части германского общества периода революций, острейших социальных кризисов, поражения, разгула милитаризма.

Центральным пунктом книги “Майн кампф”, написанной Гитлером между 1922 и 1926 гг., были прежде всего “народ и раса”. Таким образом, в основу нарождающегося гитлеризма был положен расизм, который как идеологическое течение уже давно имел в Германии достаточно широкое распространение. Тем самым, почва для расистских идей Гитлера была подготовлена задолго до его появления на политической арене Веймарской республики. Прежде всего, бросается в глаза прямая преемственная связь, существовавшая между национал-социализмом как мировоззрением и традиционным пангерманским шовинизмом, возникшим в 80 – 90-х годах XIX в. как идейное выражение имперских устремлений Германии. Три основные идеи, определявшие деятельность пангерманистов, — господствующее положение Германии в континентальной Европе, объединение всех говорящих по-немецки народов и национальных групп в рамках Германской империи и расширение германских колониальных владений — были приняты на вооружение нацизмом без каких бы то ни было существенных корректив.

Немалое влияние на формирование национал-социалистской идеологии оказали теории, заимствованные за рубежом. Так, иностранное происхождение имела расовая теория, родившаяся в середине XIX века в качестве учения, оправдывавшего колониальную политику, в работах Ж. А. Гобино, де Ляпужа и их французских и английских последователей. Волей случая главным “садовником”, пересадившим это иностранное растение на немецкую почву, оказался тоже не немец, а принявший германское подданство натурализовавшийся англичанин Хаустон Стюардт Чемберлен. Женившись на дочери Вагнера, он с усердием новообращенного адепта воспринял идеи германской исключительности, “оплодотворив” их мешаниной из взглядов французских расистов. Их значение определялось главным образом тем, что они представляли собой своеобразный идеологический мостик между взглядами старых расистов и наследующих им фашистов.

У Чемберлена тесно переплелись идеи расизма и религиозная идея “немецкого христианства”, противопоставляемая официальной христианской религии, как католической, так и протестантской, и “освобожденная от еврейского духа”. Эти взгляды легли впоследствии в основу фашистского религиозного движения “немецких христиан” и оказали решающее влияние на воззрения одного из главных теоретиков национал-социализма, Розенберга.

В своих изысканиях в области расизма Чемберлен был в Германии своего рода пионером, но не одиночкой. Наибольшую известность среди этих трудов получили книги Людвига Вольфмана, и прежде всего его “Политическая антропология”. С работами такого рода тесно смыкалась чисто антисемитская литература как иностранного, так и “истинно германского” происхождения. Весьма заметное место в ней занимали работы Евгения Дюринга, превратившегося к концу своей жизни в ведущего теоретика германского антисемитизма. В его работах особенно ярко представлен элемент соединения антисемитизма (оголтелого антиеврейства) и идеи национального социализма, главным врагом которого объявлялся еврейский ростовщический капитал и испорченная им “западная демократия”. Этот прием затем широко использовался национал-социалистскими идеологами и пропагандистами в своей национальной и социальной демагогии.

Немало почерпнули национал-социалисты от российских антисемитов — Грингмута, Крушевана, Окрейца и Пуришкевича как раз через идеи прибалтийского немца А. Розенберга. На формирование взглядов самого Гитлера, родившегося и выросшего в Австрии, решающее воздействие оказали теории австрийских расистов, антисемитов и национал-социалистов конца XIX – начала XX вв. венского обер-бургомистра Карла Люэгера и теоретика-публициста Рудольфа Юнга [Галкин А. А., Германский фашизм, М:Наука, 1989 г. с. 274 – 276].

Уже у первых теоретиков расовой теории одним из важных пунктов становится вопрос о расовой чистоте. Основатель “теоретического” расизма Гобино выдвинул тезис о “биологическом неравенстве” людей, согласно которому существуют разные по своей ценности расы. Любой упадок культуры вызывается “вырождением”, причина которого — смешение “полноценных” рас с “неполноценными”. Потому культуру могут сохранить только группы, которые блюдут свою “чистоту” во многих поколениях. “С этим “современным” расизмом и связал себя социал-дарвинизм. Что же дало это слияние? — пишет Р. Опитц, — Оно дало ему нужный империализму коллективный субъект “жизненной борьбы”, позволило создать псевдонаучную конструкцию: а именно основанную на биологизме “нацию”. Отныне субъектами социал-дарвинистской “борьбы за жизнь” стали “расы” или понимаемые в расистском духе нации. Это позволило ему отвоевать традиционные ценности. Ведь закономерным выводом из основополагающей аксиомы расизма о неравноценности рас являлось приписывание своей расе всех мыслимых человеческих достоинств и идеальных добродетелей. Поэтому ее “борьба за существование” против “морально неполноценных” должна была вестись не от имени ненавистной народу власти, а лишь во имя всем издавна близких, но лишь теперь локализованных в собственной расе и нуждающихся в защите с ее стороны высших человеческих ценностей — всего “благородного и доброго” [Опитц Р., Фашизм и неофашизм, М: Прогресс, 1988 г., с. 29].

С этим аспектом расовой теории непосредственно оказалась связанной разрабатываемая в Германии “геополитика”, видными представителями которой были Меллер ван ден Брук, географ Фридрих Ратцель, отставной генерал Карл Хаусхофер. Основной идеей этого направления было признание необходимости для любой нации “борьбы за жизненное пространство” с другими нациями. Так, в книге “Политическая география”, Ф. Ратцель обосновал теорию “роста пространственных размеров государства”, который представляет собой неизбежное следствие процесса роста народов. В качестве главного аргумента для доказательства своей теории Ратцель использовал ссылку на постоянное увеличение населения. Это увеличение оказывает давление на границы государства, которые соответственно проявляют постоянную тенденцию к расширению. Стимулирующее воздействие на эту тенденцию, согласно, взглядам Ратцеля, оказывают и другие факторы: географические открытия, совершенствование средств транспорта и связи, создающие возможность эффективного управления все большей территорией, развитие экономики и т. д. Согласно его утверждениям, народы, стоящие на низкой ступени культуры, образуют, как правило, малые государства, в то время как для высококультурных народов характерно стремление к образованию больших государственных организмов. Отсюда следовал вывод, что поглощение малых государств крупными — это неизбежное следствие и показатель роста культуры.

Все эти идеи в совокупности и послужили некоей идеологической основой для разработки Гитлером своих теоретических построений в “Майн кампф”, что и отразилось в главах этой книги. Весь смысл гитлеровской доктрины заключался в том, что раса должна быть “чистой” и раса должна непрестанно бороться за выживание путем уничтожения других рас. Отcюда следовало: арийская раса, наиболее чистым выражением которой являются немцы, должна бороться со всеми “низшими расами”; война — это высшая и желаемая форма существования расы. “Высшая раса” должна изолироваться от окружающего мира, дабы не смешивать свою культуру с чужой и блюсти собственную чистоту. Славян он считал “низшей расой”, которую арийцы в будущем должны поработить, евреев, цыган — уничтожить вообще, полностью и повсюду. Второй центральный пункт: “высшая раса” должна иметь обширное “жизненное пространство”. Германия им не обладает. Поэтому она должна его завоевать “самыми решительными и беспощадными методами”. Высшей своей политической целью с самого начала и до последних дней существования германский фашизм считал войну прежде всего на Востоке, завоевание “вплоть до Урала жизненного пространства”, его “беспощадную германизацию” и колонизацию.

Нацистами был взят на вооружение расизм, причем в самой примитивной его форме. Его концепции более всего подходили для пропаганды взглядов, согласно которым каждый немец имеет врожденное предрасположение к тому, чтобы занимать главенствующую позицию по отношению к другим, “низшим” типам людей, в жилах которых течет “худшая” кровь. Таким образом, расистские концепции становились “аргументами” в пользу господства немцев над миром. Любое ведущее к этой цели средство полностью оправдывалось [Проэктор Д. М., Фашизм: путь агрессии и гибели, М:Наука, 1989 г., с. 40 – 41].

Постулат “расовой чистоты” и “борьбы рас”, был сведен к аналогии между миром животных и человечеством. Учение Дарвина о законах “борьбы за существование” механически переносилось на человеческое общество. “Так же как одни виды животных с доисторических времен вынуждены были уступать свое место другим и вымирали, так и человек должен уступить другому человеку, когда он лишен духовной силы, которая позволила бы ему изобрести оружие, необходимое для сохранения своего существования”. Борьба за существование выполняет двойную задачу: слабые типы подчиняются сильным, сильные закаляются. Пропагандировались глубоко противоречащие науке взгляды, что критерием жизненной стойкости как отдельных личностей, так и целых народов является борьба за существование, которая обусловливает и определяет место в жизненной иерархии. Делался вывод, что высшая, победившая раса имеет право поставить в зависимость от себя низшую расу, ибо высшей расе предначертано благодаря врожденным способностям, особенно созидательным, осуществление руководящей роли. Утверждалось, что такой властной, причем творческой в культурном отношении, расой являются арийцы, в особенности народы германского происхождения.

Расистская теория в Германии начала XX века, однако, активно проявляла себя не только в политико-идеологической плоскости, но и непосредственно в медицине и биологии. Здесь расистские идеи пробрели особенно патологически-биологические формы. Так уже “Пангерманский союз” располагал издательством, которое принадлежало председателю его земельного правления в Баварии Й. Ф. Леману. Это мюнхенское издательство, выпускавшее обязательный для всех врачей специальный еженедельник “Мюнхенский медицинский еженедельник” поощряло внедрение расизма в немецкую антропологию и медицину. В начале 20-х годов оно создало “отдел расовой политики”, который массовыми тиражами печатал расистские листовки и методические агитационные материалы. Большую известность получила работа некоего Шальмайера, которая опираясь на “Евгенику” Гальтона, стала по существу исходным пунктом развития в Германии так называемой “расовой гигиены”. С 1904 г. издательство Й. Ф. Лемана выпускало под редакцией А. Плетца и Ф. Ленца “Архив расовой и общественной биологии”, а позднее — журнал “Раса и народ”, ставший органом “Общества расовой гигиены”. Леман активно поощрял нацистского теоретика расизма Г. Гюнтера. В 1922 г. он выпустил книгу “Расовое учение немецкого народа”, которая стала основой нацистского расизма.

Как раз, используя расизм, фашистские идеологи и смогли одурманить и привлечь на свою сторону многочисленных сторонников. По этому поводу Р. Опитц замечает: “Нежелательная возможность того, что в свою очередь социально угнетенные слои и классы, исходя из закона “жизненной борьбы”, начнут выступать самостоятельно, теперь была предотвращена провозглашением “расы” в качестве субъекта этой борьбы и определением самой нации как “общности по крови”, а отсюда — выведением ее гомогенности и неделимости. Ведь “одинаковая кровь” не пойдет против самой себя… Ведь теперь расы считались не только “различными по ценности”, но и находящимися в такой борьбе друг с другом, исходом которой могла быть только победа или поражение, и это объявлялось “законом жизни” [Опитц Р., Фашизм и неофашизм, М: Прогресс, 1988 г., с. 29].

Инструментом же внедрения такого вида расизма в массовое сознание и явилась специально разработанная идеология “фелькишского” (“народного”) социализма, направленного против интернационального “еврейского” марксистского социалистического учения, разлагающего единство нации. Суть этого маневра: надо взять на вооружение наиболее популярные лозунги социализма и попытаться использовать их в совокупности с расистскими и шовинистическими для защиты внутриполитических и внешнеполитических целей империализма, вызвав у масс готовность участвовать в борьбе за его цели.

Реализация расистских идей национал-социализма в политике

Расистский антисемитизм, присущий идеологии НСДАП, начал воплощаться в политике Гитлера сразу же после прихода его к власти в Германии в 1933 г. Это было нацелено на полное устранение евреев из “расового чистого рейха”. Уже в апреле 1933 г. было начато систематическое устранение евреев из всех государственных и общественных учреждений, предназначенных формировать сознание населения в духе милитаристской идеологии и будущей германизации Европы. Антисемитский террор и этапы фашистского законодательства, направленные против евреев, разворачивались постепенно и методично, приобретя государственно-организованные формы и вылившиеся в настоящее “массовое уничтожение”, т. е. в геноцид этой национальной группы населения Германии и всей Европы.

Сначала вышли законы об устранении евреев из государственного аппарата и органов юстиции ( закон о профессиональном чиновничестве от 7 апреля 1933 г.; об адвокатах от 17 апреля 1933 г.; служащих и рабочих учреждений от 4 апреля 1933 г.; закон о супругах чиновников от 30 июня1933 г.). Затем были изданы имевшие решающее значение для фашистской унификации законы и распоряжения: о студентах — 25 апреля 1933 г., о профессорах — 6 мая 1933г., о создании имперских палат по вопросам культуры — 22 сентября 1933 г., о редакторах — 4 октября 1933 г., осуществлено сожжение “еврейских” книг 10 мая 1933 г. Евреям было запрещено заниматься медицинскими и сельскохозяйственными профессиями (закон о врачах больничных касс от 22 апреля 1933 г., о зубных врачах от 2 июня 1933 г., запрет совместной врачебной практики арийцев и неарийцев — июнь 1933 г., запрет для евреев работать в сельском хозяйстве и животноводстве (Закон о наследственных крестьянских дворах) — сентябрь 1933г. Евреи были выдворены из вооруженных сил — закон о воинской повинности от мая – июня 1935 г. и об “имперской трудовой повинности” (июнь 1933 г.) [Мельников Д., Черная Л. Преступник номер один, М: АПН, 1981].

Качественно новый этап “массового антисемитизма” наступил в 1938 г. и известен как “Хрустальная ночь” 9 – 11 ноября этого года. Этот этап начался с массовых поджогов синагог и связанных с этим массовых убийств и погромов еврейского населения Германии, а затем первая массовая депортация евреев в концентрационные лагеря. С этого времени и переходят нацисты к окончательному решению “еврейского вопроса” путем “массового поголовного выселения или уничтожения евреев” Германии, а затем и всей Европы по мере ее оккупации немецкими войсками. Сразу же после погромов, совершенных в ноябрьские дни 1938 г., последовали правительственные распоряжения, узаконившие обращение с евреями как со смертельными врагами.

24 января 1939 г. под началом Гейдриха учреждается Главное управление имперской безопасности (РСХА), одной из функций которого и было централизованное и планомерное “решение еврейского вопроса”. 30 января 1939 г. Гитлер заявляет в рейхстаге о предстоящем “уничтожении еврейской расы в Европе”, а исполнителями этой акции назначались представители верхушки СС и СД специально уполномоченные для ее проведения. Германия, а затем и Европа покрылась сетью концлагерей, этих “фабрик смерти”, игравших теперь ключевую роль в решении “еврейского вопроса” [Мельников Д., Черная Л., Империя смерти. М.: ИПЛ, 1989г].

Практически аналогичные методы предлагались для решения и “славянского вопроса”, т. е. в отношении поляков, чехов, русских, белоруссов, украинцев, сербов и т. д. Эти народы в градации Гитлера и его сторонников также выступали в качестве “недочеловеков”, представителей “низшей расы”, обращение с которыми и должно быть соответствующим. Всем этим народам в будущем нацистскими теоретиками была уготовлена незавидная роль “рабов” у “расы господ и сверхчеловеков”. “Очищение” и “германизация” территорий, населенных славянскими народами, являлись первоочередными задачами в человеконенавистнических экспансионистских планах гитлеровцев. Расовые теории служили им для этого оправданием, своего рода обоснованием захватнической политики третьего рейха. Как верно отмечает В. Т. Фомин, в идеологии германского фашизма все буквально “пронизано идеей национализма, превосходства “нордической расы”, ненавистью к другим народам, особенно славянским, обоснованием необходимости создания “нордической Европы” под главенством немецких фашистов…, а благо от этого должно принадлежать только избранной части — “элите”, которую должны составлять в первую очередь члены фашистской партии” [Фомин В. Т., Фашистская Германия во второй мировой войне, М.: Наука, 1978 г., с. 35].

Соответственно этому и были разработаны все планы нацистов по ограблению и ликвидации целых государств на Европейском континенте, особенно на востоке. О масштабах предполагавшегося злодеяния можно судить по следующей выдержке из документа: “Генеральный план “Ост” предусматривает, что после окончания войны число переселенцев для немедленной колонизации восточных территорий должно составлять 4550 тысяч человек. Если принять во внимание благоприятное увеличение населения за счет повышения рождаемости, а также в известной степени прилив переселенцев из других стран, населенных германскими народами, то можно рассчитывать на 8 млн. немцев для колонизации этих территорий за период примерно в 30 лет. Однако этим не достигается предусмотренная планом цифра в 10 млн. немцев. На указанные 8 млн. немцев приходится по плану 45 млн. местных жителей ненемецкого происхождения, из которых 31 млн. должен быть выселен с этих территорий” [Безыменский Л., Особая папка “Барбаросса”, М.: АПН, 1972, с 251 – 252].

Первой подлежала германизации Эстония, население которой считалось наиболее чистым в расовом отношении. Затем, по мнению Гейдриха, должны были идти латыши и лишь в третью очередь —– литовцы. Следующей областью германизации была так называемая Ингерманландия — территория между Ладожским озером, Новгородом, Онежским озером и Финским заливом. Значительная часть населения этого района подлежала выселению в Финляндию, а ее земли подлежали германизации и включению в так называемый “административный округ Петербург”.

Процессом германизации на территории Белоруссии руководил сам Розенберг. Он предполагал расширить Белоруссию на Восток (вплоть до Орла и Твери) и сделать ее административным центром Смоленск. Одновременно предполагалось переселить в Смоленскую область часть польского населения, дабы разобщить белорусов и русских. Сама же территория Польши должна была быть постепенно “очищена” от поляков. Геноцид в отношении польского населения, начавшийся с момента разгрома польского государства, был рассчитан на длительные сроки в силу многочисленности этой нации. Наиболее враждебно настроенная к фашистам часть польского народа репрессировалась или переселялась в отдаленные восточные районы, а другая часть подвергалась “германизации”. Тысячи польских детей (от 7 до 14 лет) были оторваны от родителей и увезены в Германию, где их предполагалось обучить немецкому языку и воспитать в “немецком духе” для укрепления германского влияния на востоке в будущем.

Наконец, на Украине речь о германизации шла лишь весьма ограниченно: здесь вставал вопрос о массовом истреблении местного населения и перевозке сюда в качестве “военных колонистов” немцев из Румынии, Болгарии и Югославии. На Украине Гиммлер решил форсировать сооружение “военных поселений”. В районе Винницы строилось поселение Хегевальд, а возле Коростеня — военное поселение Ферстенштадт. Из района поселений было изгнано украинское население, так как предполагалось превратить их в центры германизации, для чего всячески старались искать украинских детей с голубыми глазами, дабы использовать их в качестве “евгенического” материала. Что касается Крыма, то сюда (по предложению начальника немецкого гражданского управления в Крыму А. Фрауэнфельда) предполагалось переселить немцев из Южного Тироля, а также жителей немецких колоний за Днестром.

Что касается достаточно многочисленного и давно здесь проживающего еврейского населения, то согласно планам гитлеровцев оно должно было быть поголовно ликвидировано. Такая же трагическая участь ждала и всех цыган. Отнесение цыган к “расово вредным элементам” было связано с их упорным сопротивлением ассимиляции, с их особым кочевым образом жизни, с их разбросанностью по различным странам и отсутствием своей государственности [Безыменский Л., Особая папка “Барбаросса”, М: АПН, 1972, с. 252 – 254]

Однако перед верхушкой третьего рейха в оккупированных зонах на Востоке вставал вопрос, как сохранить расовую чистоту своих переселенцев в этом густонаселенном регионе. И вот, что предлагалось, помимо строжайших запретов на совместное проживание: 1) Раздробление русской территории на множество политических административных округов, подчиненных германскому генеральному комиссару, и целенаправленная последовательная политика отчуждения населения этих округов друг от друга; 2) Расовое истощение. При проведении этой политики группы народа, наиболее схожие с немцами (по интеллектуальному уровню), следует считать самыми опасными: их необходимо территориально изолировать от остальных и по возможности вообще вывести из восточного пространства; 3) Уничтожение биологической силы восточных народов путем негативной демографической политики (пропаганда против рождаемости, запрещение родовспоможения и охраны здоровья новорожденных и т. п.). Ее цель — изменить в перспективе количественное соотношение между чужеродными народами и немцами в пользу последних и таким образом уменьшить трудности, возникающие при господстве над ними. В целом дело сводилось к сокращению численности угрожающего германскому господству слишком большого населения, в том числе путем его прямой ликвидации. Таково было следствие идеи создания “очищенной от врага сферы господства”, пропагандировавшейся германскими нацистами.

Но какими же хотели видеть теоретики и практики нацистского расизма свою “арийскую” расу “господ и сверхчеловеков”? Так, Гиммлер мечтал о возрождении тевтонского рыцарства и о развертывании биологических экспериментов с применением его “принципов крови”. Все это и позволила ему осуществить служба в СС. Прежде всего из членов СС он и вознамерился вырастить “белокурых бестий”, не знающих пощады к врагам рейха и фюрера и готовых уничтожать всех “недочеловеков”. Идеология и принципы СС постепенно полностью охватили своим влиянием жизнь германской нации, а все руководящие посты оказались в руках людей, так или иначе связанных с СС и, соответсвенно, с Гиммлером. Он установил два основополагающих принципа СС: расовый отбор и слепое повиновение.

Так, отбор волонтеров в СС происходил в строжайшем соответствии с требованиями евгеники. Прежде всего им предписывалось представить документы о чисто расовом происхождении и своем здоровье. Затем производился антропологический отбор. Это объяснялось тем, что среди идеологов национал-социализма наиболее распространенным было представление о расе как сумме внешних признаков, определяемых кровным родством. Тем самым, расовая теория для нацистов свелась к чистой биологии, к выпячиванию на первый план физиологических особенностей разных расовых групп, а учение о расах приобрело все внешние признаки племенной селекции. Решающее значение среди этих признаков придавалось форме черепа (различие между брахицефалами – круглоголовыми как представителями низшей расы и долихоцефалами — представителями высшей), цвету волос, глаз, форме носа, осанке и т. д. И только после этого рассматривались все остальные качества кандидата. Для обеспечения “полноценного” в расовом отношении пополнения были созданы специальные школы-интернаты “Наполас” (Национал-социалистские воспитательные учреждения). Отбор в эти школы, считавшиеся привилегированными заведениями, происходил также не основе строгих “расовых принципов”. Все обучение и воспитание в этих школах было построено на принципах “прусской военной казармы” с целью скорейшего и безропотного усвоения идей и методов национал-социализма.

Особое значение придавал Гиммлер опытной организации “Лебенсборн”, главной задачей которой было содействие массовому появлению на свет “высококачественных” в расовом отношении внебрачных детей. Организация полностью брала на себя расходы по их содержанию и воспитанию. Выразившим соответствующее желание холостым женщинам подбирались арийские производители. Предполагалось, что после войны организация развернет свою деятельность в самых широких масштабах. Чтобы обеспечить ее заказами, планировалось введение закона, обязывавшего всех женщин в возрасте до тридцати лет (в том числе и холостых) подарить государству по ребенку. В порядке подготовки к этому закону Гиммлер издал приказ, обязавший каждого эсэсовца произвести на свет как минимум одного потомка. Подобные идеи имели широкое хождение среди нацистской верхушки. Жена Бормана, известная как крайняя фанатичка, постоянно и настойчиво выступала за официальное введение для “расово высокоценных” арийских мужчин института побочных жен и, желая подать пример, добровольно санкционировала наличие “побочной жены” у своего мужа. Кальтенбруннер в кругу единомышленников неоднократно высказывался за установление такого порядка, при котором немецким женщинам в возрасте до 35 лет было бы вменено в обязанность родить не менее 4 расово полноценных детей. Семьи, выполнившие эту норму, должны были бы выделять мужчин для обслуживания одиноких и малодетных женщин и т. д.

И наоборот, Гиммлер пытался искоренить среди немецкого народа всех инакомыслящих, зараженных “еврейской заразой” либерализма, гуманизма и марксистского коммунизма, а также “полукровок” от немцев и других “расово неполноценных” народов. Также именно Гиммлеру принадлежит идея о массовом уничтожении физически и психически “неполноценных людей”, т. е. неизлечимо больных, к какой бы нации они не принадлежали (в том числе к немецкой). Например, принятый нацистским правительством в июле 1933 г. расистский Закон о предотвращении передачи потомству наследственных заболеваний, создавал “юридическую базу” для широкого применения стерилизации (лишения биологической возможности деторождения), а затем — для уничтожения неизлечимых, прежде всего психических, больных. В этом вопросе палачи из СС тесно сотрудничали с профессиональными “врачами-убийцами”. Так, печальную известность приобрел Институт эвтаназии в Бернбурге.

Службы СС, и особенно гестапо, стали исполнителями воинствующих расистских идей нацизма. Идеи, развиваемые Гиммлером, отличались своим крайним примитивизмом и прямолинейностью в биологических вопросах и были основаны в основном на резком противопоставлении “нордических сверхчеловеков” и “вырождающихся недочеловеков”.

Г. Гиммлер из расовой теории вывел и свой тезис о “недочеловеке”: “Недочеловек, — утверждал он, — это биологически на первый взгляд полностью идентичное человеку создание природы с руками, ногами, своего рода мозгами, глазами и ртом. Но это совсем иное, ужасное создание. Это лишь подобие человека, с человекоподобными чертами лица, находящееся в духовном отношении гораздо ниже, чем зверь. В душе этих людей царит хаос необузданных страстей, неограниченное стремление к разрушению, примитивная зависть, самая неприкрытая подлость. Одним словом, недочеловек. Итак, не все то, что имеет человеческий облик, равно. Горе тому, кто забывает об этом” [Галкин А. А., Германский фашизм, М: Наука, 1989, с. 292].

Опираясь на этот тезис, Гиммлер и хотел вымуштровать своих питомцев-эсэсовцев как послушное орудие для борьбы с другими нациями, разжечь в них патологическую, буквально, зоологическую ненависть к любым представителям неарийских народов, воспитать их в духе “арийского” превосходства. Для этого он даже провозгласил СС “рыцарским орденом”, построенным по принципу средневекового монашеского ордена, но только теперь на основе расового отбора и для борьбы со всеми врагами “нордической расы”. Фарс расового отбора был облачен в псевдонаучные формулировки, целиком отвечавшие вкусам великого магистра ордена, особенно, в почти мистическую формулировку “нордической расы”. Таким образом, произошло закрепление в идеологическом багаже нацизма расистских принципов, составлявших одну из его главных основ и посредством которых будут оправданы избиение “низших” народов, уничтожение миллионов людей и превращение выживших в рабов.

Так проявлялось значение перемен, внесенных фашизмом в шкалу ценностей западного мира. После победы христианства и утверждения его влияния в формирующихся обществах считалось, что при всех формах социальной организации люди имеют (хотя бы формально) одинаковые права и обязанности. Это равенство — как следствие признания одинакового для всех божественного творения человека. Марксизм, отбрасывая Бога, также сохранил приверженность этим принципам. Нацизм же стал опираться на беспрецедентное утверждение о биологическом неравенстве людей, зависящим от расового происхождения и поставившим одних в положение “живых богов”, а других в положение “ходячих животных”, с которыми можно беспрепятственно творить что угодно. Посредством этого тезиса, воспитанные в духе превосходства своей расы над другими, эсэсовцы без малейшего колебания шли на самые чудовищные преступления. “Моя честь — это моя верность”, было девизом эсэсовцев, который, по сути дела, лишь повторял клятву о слепом повиновении; верность понималась здесь лишь как преданность фюреру, руководителям СС и своим товарищам по этой организации, а не преданность традиционным правилам морали.

Эсэсовцы, которые должны были стать аристократией завтрашнего мира, фактически лишались элементарных нравственных человеческих качеств, которые были в принципе просто отброшены за ненадобностью, а никакими правовыми рамками они не были скованы в большинстве случаев. Они подбирались исключительно по принципу крови. Ценность человека определялась его расовой принадлежностью. “Следовательно, для нас важна только совершенная кровь, значение и творческая сила которой доказаны историей, основа любого государства и любой военной деятельности, то есть нордическая кровь. Я сказал себе, если мне удастся отобрать для этой организации максимальное количество людей, в большинстве своем обладающих такой кровью, привить им военную дисциплину и убедить их со временем в ценности этой крови и связанной с ней идеологии, то возникнет реальная возможность создать организацию элиты, способную выдержать любые испытания”.

При отборе обладателей столь ценной крови кандидаты проходили строжайшую проверку. “Их изучали и подвергали экзаменам. Из ста человек выдерживали в среднем не более десяти-пятнадцати. Мы требовали от них политическое досье их родителей, братьев и сестер, их генеалогическое древо до 1750 г. и, разумеется, проверяли их физическое состояние, а также их учетную карточку членов “Гитлерюгенд”. Они были обязаны также представить справку о наследственности, в которой подтверждалось бы отсутствие наследственных болезней у их родителей и в их семье”. Конечную цель всех этих проверок Гиммлер сформулировал так: “Мы хотим сформировать высший класс, которому предстоит господствовать века”. По мнению Гиммлера, будущий рейх, который к тому времени охватит всю Европу, будет организован по образцу античных обществ. Это означало, что элита, представляющая 5 – 10 процентов населения, будет господствовать над остальным обществом, заставляя работать на себя огромную массу илотов и рабов. И действительно, когда Германия оккупировала три четверти Европы, нетрудно было убедиться, что нацистский режим был фактически рабовладельческим.

Таково конкретное применение теории “расы господ”, выдвинутой Гитлером с первых шагов национал-социализма и, собственно, содержание всей политики третьего рейха в отношении расовой чистоты.

Заключение

В заключение можно сказать, что приняв на вооружение взгляды Гобино, де Ляпужа, Чемберлена и их последователей, национал-социалистские идеологи и исполнители этих идей переработали доставшееся наследство и превратили его в основу основ своего мировоззрения. Однако фашистская расовая теория не была простым повторением взглядов основоположников расизма. Свойственная идеологии фашизма склонность к упрощению, примитивизации, превращению идей в предельно доступные лозунги проявилась и в данном случае. Вопрос о расовой чистоте и явился камнем претворения положений расовых теорий в жизнь, чем, собственно, и занимались гитлеровцы на протяжении всего существования третьего рейха. На этих “расовых принципах” основывались все многочисленные псевдонаучные исследования фашистских специалистов по “расовой гигиене”, а также ряд практических действий нацистского правительства в области расовой политики.

Не последнюю роль в осуществлении геноцида против различных народов сыграла политика в отношении расовой чистоты и, прежде всего, в его идейном и практически-биологическом оправдании. Собственно, расовая политика — это и есть политика геноцида в отношении других народов, политика сегрегации населения, основанная на признании неких расовых различий и признаков в качестве первенствующих во взаимоотношениях между людьми.

Библиографический список

Безыменский Л., Особая папка, “Барбаросса”, М: 1972.

Галкин А. А., Германский фашизм, М: 1989.

Грюнберг К., Адольф Гитлер: биография фюрера, М.: 1995.

Деларю Ж., История гестапо, Смоленск: 1993.

Мельников Д., Черная Л., Преступник номер один. М.: 1981.

Мельников Д., Черная Л., Империя смерти, М.: 1989.

Опитц Р., Фашизм и неофашизм, М.:1988.

Проэктор Д. М., Фашизм: путь агрессии и гибели, М.:1989.

Семиряга М. И., Тюремная империя нацизма и ее крах, М.: 1991.

Фомин В. Т., Фашистская Германия во второй мировой войне, М.: 1978.

[/sms]

24 сен 2008, 09:17
Читайте также
Информация
Комментировать статьи на сайте возможно только в течении 100 дней со дня публикации.