Последние новости
03 дек 2016, 15:27
Украинские силовики стягивают минометы, танки и реактивные системы залпового огня (РСЗО)...
Поиск



» » » » Реферат: Финансовая и денежно-кредитная система в России в XIX веке. Денежная реформа С.Ю. Витте


Реферат: Финансовая и денежно-кредитная система в России в XIX веке. Денежная реформа С.Ю. Витте

Реферат: Финансовая и денежно-кредитная система в России в XIX веке. Денежная реформа С.Ю. Витте Крымская война расстроила денежное обращение России, и в полосу буржуазных реформ страна вступила с неразменным бумажно-денежным обращением. Курс кредитного рубля в 60 – 70-х гг. все время стоял ниже паритета и был подвержен колебаниям (до 1877 г. был на 14 – 24 % ниже паритета). Во время русско-турецкой войны 1877 – 1878 гг. правительство выпустило в обращение значительное количество кредитных билетов, вследствие чего курс кредитного рубля сильно упал. В 1879 г. он равнялся 63 коп. золотом.

В дореформенную эпоху сделки в кредит имели широкое распространение в оптовой торговле. Но не было сети учреждений капиталистического кредита. Казенные банки привлекали в качестве вкладов очень большие суммы, но они или употреблялись на выдачу ссуд помещикам под залог “крестьянских душ”, или использовались для кредитования государства. Правда, один из казенных банков — Коммерческий — занимался кредитованием торговли, но он обращал на это лишь небольшую часть собираемых им вкладов, а основную их массу передавал казенному же Заемному банку также для оказания кредита помещикам.

[sms]

На всю Россию существовало лишь несколько городских общественных банков. Их средства были незначительны, а район деятельности весьма ограниченным.

Незадолго до реформы 1861 г. казенные банки были упразднены и в 1860 г. был основан Государственный банк, производивший весьма крупные кредитные коммерческие операции. В 1864 – 1873 гг. возникло большинство акционерных коммерческих банков. Их правления находились в Петербурге, Москве и некоторых торгово-промышленных губернских центрах. Для операций в других городах банки открывали свои отделения. Число акционерных банков в 1875 г. составляло 39 и впоследствии почти не менялось (в 1900 г. — 43 банка), так как правительство неохотно давало разрешение на открытие новых банков. Ранняя концентрация банков была особенностью России и являлась главным образом результатом правительственной политики. На местах быстро росли общества взаимного кредита (в 1875 г. — 84 общества) и очень резко увеличилось число городских общественных банков (235). Таким образом, в 60 – 70 гг. в России сложилась система учреждений коммерческого кредита. В этот же период появились частные земельные банки, которые выдавали ссуды под залог помещичьих имений и городской недвижимости.

Во второй половине 70-х годов совместные операции местных учреждений коммерческого кредита — обществ взаимного кредита и городских банков — были крупнее операций акционерных коммерческих банков.

Как и в других капиталистических странах, в России с развитием капитализма росла сумма ценных бумаг всякого рода. В 1861 г. общая стоимость русских ценных бумаг составляла около 1,6 млрд. руб. Это были почти исключительно облигации государственных займов. Акции составляли менее 5 % указанной суммы. Треть общей суммы русских ценных бумаг находилась тогда за границей. К 1876 г. сумма русских ценных бумаг возросла почти до 5 млрд. руб. Среди ценных бумаг заметный удельный вес приобрели бумаги железнодорожные и ипотечные (закладные листы земельных банков).

Большую часть второго пореформенного двадцатилетия Россия имела неразменное бумажно-денежное обращение.

Восстановление размена кредитного рубля на металлическую монету потребовало от правительства длительных усилий и крупных затрат. Прежде надо было накопить большое количество золота и устранить колебание курса рубля. К середине 80-х годов эти цели были достигнуты. Уже в 70-х годах на мировом рынке стало дешеветь серебро по отношению к золоту. Поэтому крупные капиталистические страны Европы перестроили свои денежные системы, положив в основу денежных единиц золото и чеканя из серебра только разменную монету. Денежной единицей в России до прекращения размена был серебряный рубль. Восстанавливая размен кредитного рубля на звонкую монету, пришлось в качестве денежной единицы установить золотой рубль. Министр финансов С. Ю. Витте провел в 1897 г. денежную реформу, согласно которой содержание золота в рубле было определено в 66 2/3 прежних металлических копеек, что соответствовало тому курсу кредитного рубля, который установился к этому времени в результате мероприятий правительства. Благодаря этому денежная реформа не отразилась на ценах на товары. Были выпущены в обращение новые золотые монеты, на которые кредитные билеты стали обмениваться рубль за рубль.

В 80-х годах операции системы учреждений коммерческого кредита, взятой в целом, увеличились незначительно.

В период промышленного подъема 90-х годов все учреждения коммерческого кредита увеличили свои операции, но особенно развили свою деятельность акционерные банки. Среди последних все больше возрастала роль петербургских банков.

С 80-х годов правительство усиленно расширяет сеть сберегательных касс, которых раньше было очень немного. В кассы начался приток сбережений мелкой буржуазии, до того хранившихся дома “в кубышках”. Вклады в сберегательных кассах на первое января 1875 г. составляли менее 2 % суммы вкладов и текущих счетов в акционерных коммерческих банках, а на первое января 1900 г. уже превысили ее, несмотря на то, что благодаря подъему 90-х годов банки смогли намного увеличить эту сумму. В целях поддержания государственного кредита правительство помещало вклады сберегательных касс в государственные займы и гарантированные государством ценные бумаги.

Бурный рост промышленности в 90-х годах вызвал устремление акционерных банков, главным образом петербургских, в новую для них область — кредитование и финансирование промышленности. Однако сращивание банков с промышленностью в это время было еще непрочным.

Сумма русских ценных бумаг в 1900 г. превысила 12 млрд. руб. Несколько более четверти этой огромной суммы приходилось на государственные займы, заключенные правительством на общегосударственные потребности, т.е. прежде всего на военные нужды. Треть составляли государственные займы на строительство железных дорог, а также акции и облигации железнодорожных обществ. На акции и облигации промышленных предприятий падало всего 16 %. Ипотечные бумаги (закладные листы земельных банков) составляли 21 % общей суммы русских ценных бумаг. 60 % ее находилось внутри страны и 40 % — за границей. Следует подчеркнуть, что огромное количество ипотечных ценных бумаг, размещенных почти полностью в России, отвлекало средства внутреннего денежного рынка на кредитование главным образом помещичьего землевладения, кредитование, имевшее почти исключительно непроизводительный характер: земля обычно закладывалась помещиками не для получение средств на улучшение хозяйства, а на чисто потребительские нужды.

Личность С. Ю. Витте

В истории России конца ХIХ – начала ХХ в. фигура Сергея Юльевича Витте занимает исключительное место. Глава Министерства путей сообщения, многолетний министр финансов, председатель Комитета министров, первый глава Совета министров, член Государственного совета — таковы основные служебные посты, на которых проходила его деятельность. Этот известнейший сановник оказал заметное, а во многих случаях и определяющее, влияние на различные направления внешней, но особенно внутренней политики империи, став своеобразным символом возможностей и одновременно беспомощности мощной государственной системы. Значение и масштабы его исторической роли сравнимы только с личностью другого выдающегося администратора-преобразователя периода заката монархии — Петра Аркадьевича Столыпина.

Родился С. Ю. Витте 17 июня 1849 г. в Тифлисе в небогатой дворянской семье. Сдав экстерном экзамен за гимназический курс, он поступил на физико-математический факультет Новороссийского университета. В 1869 г. начал службу в канцелярии одесского генерал-губернатора, где занимался учетом железнодорожного движения, а через год был назначен начальником службы движения казенной Одесской железной дороги.

Бюрократическая карьера С. Ю. Витте началась в 1889 г., когда ему был предложен важный пост директора Департамента железнодорожных дел Министерства финансов. В феврале 1892 г. С. Ю. Витте стал министром путей сообщения, а в августе того же года занял один из ключевых постов в высшей администрации, возглавив Министерство финансов, в компетенцию которого входили все вопросы торговли, промышленности, кредита, налогообложения. Ему подчинялись Государственный банк, Дворянский земельный банк, Крестьянский поземельный банк, Монетный двор. На этом влиятельном посту С. Ю. Витте оставался бессменно 11 лет, вплоть до августа 1903 г. С его именем связано осуществление ряда важных экономических преобразований.

Славянофильская ориентация С. Ю. Витте, которой он придерживался с молодых лет, объясняет большой интерес, проявленный им к учению немецкого экономиста первой половины ХIХ в. Фридриха Листа, разработавшего, в противовес “космополитической политической экономии”, теорию “национальной экономии”. Взгляды Ф. Листа на роль национального хозяйства и его государственного регулирования составили основу программы российского министра финансов. Будучи сторонником жесткой протекционистской политики, Ф. Лист считал, и этот взгляд целиком разделял С. Ю. Витте, что важнейшей задачей государства является поощрение развития отечественной промышленности, при слабом развитии которой общий экономический прогресс страны невозможен. Согласно этим представлениям, индустрии надлежало играть роль локомотива всего народного хозяйства. Концепция базировалась на представлениях, что “бедным странам” в целях экономической модернизации необходимо добиваться баланса экспорта и импорта с помощью таможенного покровительства, прочной кредитной системы и устойчивого денежного обращения. Эти меры должны были создать условия для развития внутреннего рынка и финансовой независимости от заграничных сырьевых и денежных источников.

Принимая учение Ф. Листа, С. Ю. Витте не считал необходимым распространять таможенную защиту на сельское хозяйство. “Из всех видов покровительства, — писал он, — таможенная защита земледелия оправдывается наименее. Меры к подъему сельского хозяйства должны быть иные: создание обширного внутреннего рынка путем развития местной промышленности, уменьшения накладных расходов, посредством развития техники и торговли сельскохозяйственными продуктами и подъемом сельскохозяйственных знаний для лучшего использования почвенных богатств и уменьшения расходов производства”. Эти взгляды сановник будет пропагандировать многие годы, но так и не сможет сформулировать конкретно принципы и механизмы, позволившие бы в такой сельскохозяйственной стране, как Россия, достичь столь важной цели.

При ближайшем участии С. Ю. Витте в империи были проведены крупные экономические преобразования, укрепившие государственные финансы и ускорившие промышленное развитие России. В их числе: введение казенной винной монополии (1894 г.), строительство Транссибирской железнодорожной магистрали, заключение таможенных договоров с Германией (1894 г. и 1904 г.), развитие сети технических и профессиональных училищ. Узловым же пунктом виттевской экономической программы стало проведение в середине 90-х годов денежной реформы, стабилизировавшей русский рубль и стимулировавшей крупные инвестиции из-за границы в ведущие отрасли промышленности. Будучи долгое время убежденным монархистом-славянофилом, С. Ю. Витте далеко не сразу осознал необходимость преобразования экономики России по западным образцам. Однако, став министром, довольно быстро уверился в том, что ускоренное промышленное развитие страны — залог государственной устойчивости.

Экономическое развитие России в конце XIX в.

В конце ХIХ в. в России наблюдался очевидный и уверенный подъем производительных сил, особенно в промышленности. Так, из 1292 русских акционерных компаний, действовавших в 1903 г., 794 были учреждены за 1892 – 1902 гг., а из 241 иностранной компании — 205 появились в России в указанное десятилетие. В 90-е годы прокладывалось ежегодно в среднем 2,5 тыс. верст новых железнодорожных магистралей (этот показатель никогда не был впоследствии превышен). За время министерства С. Ю. Витте в Россию было инвестировано из-за границы около 3 млрд. руб. Существенно изменялись главные статьи бюджета, что подтверждало экономический динамизм.

За эти восемь лет государственные доходы увеличились почти на 40 %, а расходы более, чем на 60 %. За эти годы у России лишь трижды было положительное сальдо, и, казалось бы, что опасения и страхи за судьбу экономики были вполне обоснованными. Но Россия не приближалась к финансовому банкротству, как о том писали и говорили в то время. Разница погашалась за счет иностранных займов, значительная часть которых шла на производительные нужды, в первую очередь на железнодорожное строительство. Подобная практика не была наилучшей, но она позволяла не только обеспечивать текущую стабильность финансовой системы, но и способствовала развитию важнейших элементов индустриальной инфраструктуры.

В частновладельческой экономике наблюдалась бурная деловая активность, подтверждавшая правильность проводимого экономического курса. Однако вскоре ситуация резко ухудшилась. Изменение мировой экономической конъюнктуры привело сначала к спаду деловой активности, а с 1900 г. — и к кризису в отраслях производства, интенсивно развивавшихся в 90-е годы: металлургии, машиностроении, нефте- и угледобыче, электроиндустрии. Иностранные фирмы одна за другой терпели банкротства. В российских деловых кругах царили уныние и растерянность, усугублявшиеся громкими крахами нескольких ведущих отечественных промышленных и финансовых групп: П. П. фон Дервиза, С. И. Мамонтова, А. К. Алчевского. Все это активизировало противников министра финансов, во весь голос заговоривших о том, что его политика — авантюра. Особенно большой общественный резонанс вызвало крушение дела Саввы Мамонтова, известнейшего предпринимателя и мецената. Беспощадная молва приписывала его падение не экономическим факторам, а исключительно злой воле министра финансов и якобы стоявших за ним “еврейских банкиров”.

Коренная причина была, конечно же, в другом. Экономический кризис начала ХХ в. наглядно продемонстрировал, что государственный патернализм, интервенционное раскручивание экономики имеют свои логические пределы. Государственная власть при самых благих намерениях ее проводников и носителей построить органичную капиталистическую систему не может. Казенный карман, казенная субсидия, государственное вспомоществование могут быть важными, но не могут быть долго единственными опорами частновладельческого хозяйства. Здоровая и продуктивная хозяйственная среда формируется и функционирует на основе саморегуляции, при сохранении за государственными институтами лишь некоторых законотворческих и контрольных функций. В пореформенной России воздействие государственной системы на хозяйственное развитие было во многих случаях преобладающим, особенно в тех случаях, когда это касалось больших финансово-промышленных проектов, многие из которых инспирировались государственными органами и находились под их патронажем, а часто и на их содержании. Поэтому темпы, интенсивность и масштабы хозяйственных усилий далеко не всегда диктовались внутренними экономическими факторами, естественными и обусловленными процессами.

Окончание ХIХ века охарактеризовалось в России проведением крупнейшей финансовой реформы, качественно изменившей положение русской денежной единицы. Рубль стал одной из стабильнейших валют мира. Преобразования 1895 – 1897 гг. явились составной частью широкой программы экономических нововведений 90-х годов. Они ускорили индустриальную модернизацию России и в последующем помогли народнохозяйственному организму выдержать тотальные потрясения русско-японской войны и революции 1905 – 1907гг. Реформа отразила острую потребность государства преодолеть очевидную архаическую замкнутость, рыхлость и неэластичность многих основополагающих финансовых структур и в первую очередь самого рубля. Она способствовала интеграции России в систему мирового рынка.

Это был прорыв из прошлого в будущее, неразрывно связанный с именем министра финансов С. Ю. Витте. Однако результативность его реформаторских усилий во многом была следствием двух взаимосвязанных обстоятельств. Во-первых, огромной подготовительной работы его предшественников на посту главы финансового ведомства. Но, пожалуй, еще в большей степени успех невиданного в истории России начинания обеспечивала несомненная и однозначная поддержка, которую получали конкретные предложения и проекты Витте на самом верху иерархической пирамиды. Без покровительства же императора Николая II некоторые принципиальные предложения Витте не могли бы материализоваться. Сама идея укрепления рубля переходом на золотой паритет отвечала в первую очередь интересам промышленности: надежность валюты стимулировала инвестиции капиталов. Аграрному же сектору подобное преобразование не сулило в обозримом будущем никаких особых выгод и даже наоборот: стабилизация отечественной денежной единицы, повышение ее курса неизбежно должно было привести к удорожанию экспорта. Главными же продуктами российского вывоза исстари служили продукты сельского хозяйства, и намечаемая реформа ущемляла интересы крупных дворян-землевладельцев, давно “правивших бал” в имперских коридорах власти, оказывая существенное влияние на курс государственной политики.

Весьма влиятельные силы, в первую очередь из кругов Государственного совета, неоднократно пытались блокировать их, умышленно тормозя обсуждение намеченных мер, и по старой бюрократической традиции старались если и не отвергнуть сразу же нежелательное предложение, то похоронить его в бесконечных обсуждениях и согласованиях. Реализация узловых пунктов виттевской программы, превращение идей в законоположения происходило в большинстве случаев вопреки мнению “государственных старцев”, прямыми царскими указами, что и гарантировало успех.

Ко времени занятия должности министра финансов С. Ю. Витте уже не сомневался в целесообразности и необходимости ускоренного промышленного развития России, в чем видел залог государственной стабильности. Для осуществления этой стратегической цели необходимо было решить важнейшие задачи: увеличить инвестирование капитала, создать надежную систему кредита и обеспечить гарантии иностранным вкладчикам. В деле индустриализации России зарубежным финансовым центрам Витте придавал огромное значение, так как внутренние источники представлялись ему недостаточными. Однако добиться сколько-нибудь благоприятных результатов было невозможно, пока русская денежная единица не была надежно обеспечена и не являлась стабильной.

Рубль кредитный, ставший основой денежного обращения еще с середины ХIХ века, служил объектом беззастенчивых спекулятивных манипуляций за границей, а в Берлине даже существовала специальная “рублевая биржа”. Здесь в 1888 – 1890 гг. (благоприятные годы) курс был довольно высоким и составлял 81,8 % номинала (за 100 рублей давали 265,2 марки), но уже в 1891 г., вследствие сильного неурожая, упал до 59,3 % (за 100 рублей давали уже менее 200 марок). Положение бумажных денег не было прочным и внутри страны. В 70 – 80-е годы курс в среднем составил 64,3 копейки золотом.

Позднее С. Ю. Витте писал, что когда он стал министром финансов (в 1893 г.), то уже не сомневался в том, что “денежное обращение, основанное на металле, есть благо; но так как я ранее этим вопросом глубоко не занимался, то поэтому у меня являлись не то что бы некоторые колебания, а непоследовательные шаги, и в этом нет ничего удивительного”. Если этот важнейший принцип новым министром финансов был принят сразу, то конкретные пути его претворения в жизнь первые год-полтора его министерства служили предметом оживленных дискуссий и раздумий.

Первоначально Сергей Юльевич был сторонником укрепления кредитного рубля посредством административного контроля. Ему казалось, что ужесточение надзора за обращением денег и усиление ответственности отечественных финансовых кругов за исполнение распоряжений центральной власти позволят укрепить рубль. В начале 1893 г. был предпринят ряд шагов, показавших, что финансовое ведомство настроено весьма решительно. Были установлены таможенные пошлины (1 копейка за 100 рублей), запрещены сделки, основанные на курсовой разнице рубля, как и прочих ценностей, усилен контроль за биржевыми операциями в России и введен запрет на производство биржевых сделок маклерами-иностранцами. Благодаря этим решениям колебания курса стали уменьшаться. Так, если в 1891 г. в Лондоне они составляли 28,4 %, то в 1892 г. - 8,8 %, а в 1893 г. - 5,3 %. Но довольно быстро министр финансов понял, что эти меры малоэффективны и что необходима качественная перестройка всей финансовой системы.

Но прежде чем приступать к реформированию, надо было окончательно решить для себя и доказать другим, в первую очередь монарху, в каком направлении осуществлять реформу: на базе монометаллизма (золото) или биметаллизма (серебро и золото). В пользу второго варианта выступала как традиция российского денежного обращения, так и огромные запасы серебра, накопленные в стране. Но привязка кредитного рубля к биметаллическому эквиваленту таила в себе и большую опасность: при высокой конъюнктуре одного из паритетов неуклонное снижение стоимости другого могло не только не привести к стабильности денежной единицы, но даже усилить ее неустойчивость. Введение золотого обращения в этом отношении представлялось предпочтительней, но здесь были скрыты неведомые до того “финансовые рифы”. Не произойдет ли массовый отток благородного металла из обращения в “кубышки” внутри страны и не уйдет ли он за границу? Хватит ли резервов золота для его свободного обмена? Не приведет ли удорожание денежной единицы к падению жизненного уровня? Убедительные ответы на эти вопросы могла дать лишь жизнь. Трезвый расчет и видение исторических возможностей России сделали С. Ю. Витте убежденным сторонником монометаллизма.

Введению монометаллического паритета рубля, устойчивой конвертируемости способствовали общие политические условия в стране и мире и относительно благоприятное экономическое положение. Международная обстановка оставалась спокойной, успехи торговой деятельности очевидными, и уже многие годы Россия имела положительное торговое сальдо. Формировались и внушительные золотые авуары.

Решительным шагом к золотому обращению стал закон, утвержденный Николаем II 8 мая 1895 г. В нем два основных положения: всякие дозволенные законом письменные сделки могут заключаться на российскую золотую монету; по таким сделкам уплата может производиться либо золотой монетой, либо кредитными билетами по курсу на золото в день платежа. В последующие месяцы правительство предприняло еще ряд мер, направленных на утверждение золотого эквивалента. В их числе: разрешение конторам и отделениям Государственного банка покупать золотую монету по определенному курсу, а столичным - продавать и производить платежи по тому же курсу; затем были введены правила приема Государственным банком золотой монеты на текущий счет. Вскоре эта же операция вводится и в частных коммерческих банках, объявивших, что они будут принимать золото по текущим счетам и по всем обязательствам.

Несмотря на указанные меры, золотая монета очень медленно утверждалась в качестве приоритетного платежного средства. Это объяснялось и отсутствием привычки к ней у населения, и очевидным неудобством золотой монеты при крупных платежах и пересылке, так как не было соответствия между нарицательной и рыночной ценами. Полуимпериалы и империалы с обозначением 5 рублей и 10 рублей циркулировали по 7 руб. 50 коп. и 15 руб., что постоянно вызывало недоумение и многочисленные злоупотребления при расчетах. Спрос на золотую монету сдерживали и опасения того, что Государственный банк понизит курс административным путем, что может привести к финансовым потерям (весной и летом 1895 г. об этом было много слухов). Стремясь развеять подобные страхи, Государственный банк 27 сентября 1895 г. объявил, что он будет покупать и принимать золотую монету по цене не ниже 7 руб. 40 коп. за полуимпериал, а на 1896 год покупной курс был определен в 7 руб. 50 коп. Эти решения привели к стабилизации соотношения между рублем золотым и кредитным в пропорции 1: 1,5. Для стабилизации рубля Министерство финансов признало необходимым девальвировать кредитную денежную единицу на основе монометаллизма. Паритет между бумажным рублем и кредитным устанавливался исходя не из нарицательного обозначения, а в соответствии с реальным курсом обращения.

Деятельность Министерства финансов стала мишенью ожесточенных нападок со стороны консервативных кругов общества. Сторонники исторической исключительности и национальной самобытности развернули шумную кампанию по дискредитации и самого С. Ю. Витте, и его финансовых начинаний. Наивысшего накала общественные страсти достигли в 1896 г. Русское общество, совсем еще недавно очень далекое от экономических интересов, вдруг с невиданным жаром погрузилось в оживленные дискуссии о путях и методах финансовой реорганизации.

Конкретных и весомых аргументов у противников золотого рубля практически не было. Нападки базировались почти исключительно на эмоциях. Звучали голоса о “грядущем разбазаривании национальных богатств”, об обнищании страны, о превращении ее во вторую Индию и т.д.

Подобного рода опасения и доводы были хорошо известны министру финансов и его “монометаллической команде”. Однако, во-первых, согласно министерской программе, введение золотого эквивалента рубля не предполагало установления тождества бумажных и металлических денег. Мысль об этом была признана опасной и в планах не фигурировала. В основу реформы был положен принцип существенной девальвации. Во-вторых, весьма расхожие страхи об утечке золота из страны базировались на плохом знании экономического потенциала страны. К тому же, как неоднократно разъяснял С. Ю. Витте, если часть золота действительно уйдет за границу (с такой возможностью министр считался), то оно туда поступит “не просто так”, а как плата за кредиты, товары и услуги, способствовавшие росту промышленности.

Вся реформа денежного обращения была рассчитана на будущее индустриальное развитие России, и ему она служила. Но неизбежно вставал вопрос о том, как девальвация и свободный размен рубля на золото отразятся на внутрихозяйственной деятельности и в первую очередь на положении основной части подданных российской короны в ближайшем времени. С. Ю. Витте считал (и его предположения оправдались полностью), что ни к каким заметным общественно-экономическим пертурбациям реорганизация финансового обращения не приведет. Система конвертации валюты затрагивала главным образом внешнеэкономическую деятельность, а вводимое соотношение металлических и бумажных денежных знаков лишь закрепляло реально сложившееся положение. Уклад жизни основной массы населения, его повседневное материальное и производственное обеспечение фактически не зависели ни от самого золотого паритета, ни от характера мировых денежных расчетов. Русские крестьяне в массе своей оставались вне системы мирового денежного рынка, а “ценовая погода” внутри империи поддавалась контролю со стороны государства.

В представленном в Государственный совет в марте 1896 г. законопроекте “Об исправлении денежного обращения” С. Ю. Витте следующим образом определял главные условия проведения и цели реформы: “Закрепить достигнутые успехи в области финансового хозяйства посредством подведения под них прочного фундамента металлического денежного обращения”. При этом реформа “должна быть осуществлена так, чтобы не произвести ни малейшего потрясения и каких бы то ни было искусственных изменений существующих условий, ибо на денежной системе покоятся все оценки, все имущественные и трудовые интересы населения. Проектируемая реформа, не нарушая народных привычек, не колебля цен, не внося беспорядка во все расчеты, поведет за собой переход нашей родины от неопределенного с юридической стороны, вредного в экономическом и опасного в политическом отношениях бумаго-денежного обращения к обращению золотой монеты и разменных на нее знаков”.

Введение размена рубля на драгоценный металл устанавливалось исходя из реально сложившегося и достаточно стабильного курсового соотношения: рубль кредитный — 66 2/3 копейки золотом. К первому января 1896 г. в наличии имелось 1121,3 млн. кредитных рублей, а золотой запас оценивался в 659,5 млн. руб., из которых в разменном фонде числилось 75 млн. руб. В течение 1896 г. разменный фонд был доведен до 500 млн. руб. Это был рубеж, представлявшийся достаточным для развертывания обменной операции и введения золотой монеты в широкое обращение, хотя бумажные дензнаки некоторое время и сохраняли свое преобладающее влияние на денежном рынке.

[/sms]

19 сен 2008, 14:22
Читайте также
Информация
Комментировать статьи на сайте возможно только в течении 100 дней со дня публикации.