Последние новости
04 дек 2016, 21:59
Все ближе и ближе веселый праздник – Новый год. Понемногу начинают продавать...
Поиск

» » » » Сочинение «Без действия нет жизни...» В.Г. Белинский. (По одному из произведений русской литературы. — К.Г. Паустовский. «Черное море»)


Сочинение «Без действия нет жизни...» В.Г. Белинский. (По одному из произведений русской литературы. — К.Г. Паустовский. «Черное море»)

Сочинение «Без действия нет жизни...» В.Г. Белинский. (По одному из произведений русской литературы. — К.Г. Паустовский. «Черное море»)В свое время М. Горький усиленно направлял внимание писателей к активному познанию страны. Он полагал, что но­вая социалистическая действительность в ее связях с истори­ей еще слабо изучена и недостаточно освоена художествен­ным словом. Одну из книг К. Паустовского тех лет («Кара-Бугаз») он с удовлетворением назвал «смелым и удачным опытом» в трудном деле изображения «перспектив нашего строительства». М. Горький считал, что советскому читателю крайне необходимы произведения, «посвященные художе­ственной популяризации научных знаний», и даже наметил несколько конкретных тем, заслуживающих разработки в пер­вую очередь. Горьковские начинания и советы, предложен­ные им темы и аспекты оказались очень близкими автору «Черного моря».
 
[sms]Задуманная К. Паустовским книга по охвату специальных сведений, касающихся моря, его флоры и фауны, жизни глу­бин и рельефа побережий, характера ветров и своеобразия прибрежных городов, по раскрытию огромного культурного и революционизирующего значения причерноморского края, прославившегося деяниями замечательных людей, — словом, по своей обширности и полноте должна была стать как бы художественной энциклопедией. Во всяком случае, размыш­лял К. Паустовский, приступая к осуществлению своего за­мысла, получится ли именно такая книга или нет, но прицел на своего рода энциклопедичность следовало, по его мне­нию, сохранять обязательно.
 
 В то же время К. Паустовский хотел говорить в своей но­вой книге «полным голосом», чтобы, как сказано в одном из его тогдашних рассказов, «возвеличить эпоху — блистатель­ную и неповторимую», чтобы «дышать всей грудью воздухом времени, едким и свежим, как океанская соль».
 
Насыщенность произведения различными сведениями не должна была, по мысли К. Паустовского, ущемлять его худо­жественность, образность или, тем более, изгнать романтич­ность восприятия и слова.
 
Он хотел, чтобы повесть дышала широкими пространства­ми моря и неба, чтобы на ее свежих страницах играли мор­ские зори, грохотали штормы или дул легкий бриз, толпились у горячих берегов груженные кефалью и султанкой рыбацкие шаланды, разговаривали и пели люди, чтобы ожила история, такая же древняя и бурная, как само море, чтобы заговорили даже камни, эти молчаливые свидетели былого. И наконец, чтобы, подобно маякам, блеснули на горизонте таинственные огни будущего...
 
«Черное море» действительно вышло из-под пера писате­ля произведением резко своеобразным, заметно непохожим даже на предшествовавшие «морские» рассказы и повести К. Паустовского, но в то же время новая повесть сохранила все живые стилистические, образные и мелодические связи с прежним творчеством своего создателя. «Прививка науки», то есть внимание писателя к специальным вопросам геогра­фии, аэрологии, океанографии, биологии, геологии, метеоро­логии, а также археологии и истории, оказалась настолько органичной, так естественно растворившейся в тексте, что мы не ощущаем при чтении ни малейших трудностей и даже не догадываемся, что нас порой весьма основательно «просве­щают».
 
«Писатель тончайшей наблюдательности», как сказал о К. Паустовском М. Шолохов, он сумел пронизать данные на­уки живыми подробностями личных впечатлений, «аргументи­ровать» их свидетельствами-рассказами конкретных людей, заодно познакомив нас со спецификой их труда и поучитель­ными превратностями судеб.
 
 Повесть «Черное море», при всей ее необычной оснащен­ности, завидной, так сказать, грузоподъемности, кажется нам легкой и грациозной, как белокрылое парусное судно. Не сразу догадаешься, что в своих скрытых от глаза трюмах оно несет весьма тяжелый и основательный груз.
 
К. Паустовский, по его словам, когда писал «Черное море», взял себе за образец морские лоции. Он был очень высокого мнения об этих справочниках, предназначенных для капита­нов и штурманов. Лоция Черного моря была им изучена не менее тщательно, чем история восстания на «Очакове» и био­графия лейтенанта Шмидта.
 
 Ему нравился самый язык лоций — точный и непреднаме­ренно поэтичный.
 
«Язык лоций, — писал он в статье, посвященной истории создания повести, — точен, своеобразен и полон морской поэзии. Лоции иных морей читаются с таким же увлечением, как самые заманчивые романы. Свою книгу о Черном море я задумал как художественную лоцию...»
 
Но лоция — первооснова, чертеж, как бы своеобразный путеводитель, в прямом и строгом смысле этого слова. В повести К. Паустовский так уточняет свое отношение к ло­ции: «Все же самая точная лоция бессильна перед неожидан­ными переменами света, красок и прозрачности воздуха». И она, само собой, совершенно бессильна перед людьми: у нее просто нет такой задачи — рисовать характеры и судьбы.
 
 К. Паустовский ввел в свою повесть множество тонких, проникновенных пейзажей, показал немало интересных — обыкновенных и легендарных — людей.
 
Но он постоянно имел в виду свою особую цель — пока­зать Черное море не только так, как обычно принято его изоб­ражать, то есть красоту, величественность и т.д. Он решился посмотреть на него, по его выражению, как на «глубокую впадину», возникшую когда-то в результате геологических по­трясений и живущую по очень точным законам. Романтичес­кая «синева моря», не боится он уточнить, объясняется боль­шой примесью содержащихся в воде солей, химическая фор­мула которых известна. А зеленый отлив воды, запечатлен­ный живописцами, поэтами и прозаиками, вызван зарослями «диатомовых водорослей».
 
 Идя вслед за лоцией и не гнушаясь «диатомовых водорос­лей», К. Паустовский, однако, прежде всего следует законам Поэзии.
 
Такое сочетание трезво научного знания и крылатого во­ображения присутствует в его повести в гармоническом рав­новесии и нерасторжимом единстве.
 
 Одно из самых задушевных, выношенных убеждений пи-сателя, к которому он пришел не сразу, заключалось в том что чем больше мы знаем об окружающем нас физическом мире, тем с большей силой и всесторонностью раскрывается перед нами бездонная поэзия и красота нашей земной дей­ствительности.
 
Другими словами, на мир надо смотреть грамотно. Осо­бенно в наш век, не терпящий приблизительности и аморфно­сти представлений. Только тогда откроет он свои самые со­кровенные тайны и незаметные для непросвещенного глаза интимные движения материи.
 
Но как бы ни был великолепен окружающий природный мир, произведение окажется безжизненным, если лишить его человека.
 
 О разнообразном материале, вошедшем в повесть «Чер­ное море», К. Паустовский сказал, что он весь «объединен людьми», их действиями.
 
 Незабываема воссозданная им трагическая история вос­стания на броненосце «Очаков». Великолепна в своей жиз­ненности и патетической сущности мятежной души фигура лейтенанта Шмидта. Впервые в художественной литературе после замечательной поэмы Б. Пастернака этот герой изобра­жен. К. Паустовским с подлинным эпическим размахом и вы­сокой трагедийностью...
 
А герои Аджимушкая?.. Их борьба и гибель нарисованы писателем подобно монументальным фрескам, исполненным внутренней символики.
 
 Но и люди обыкновенных судеб, многочисленные рыба­ки, метеорологи, ботаники, виноградари, приморские маль­чишки, парусные мастера-, юные матросы, слушающие «Тра­виату» на стальной палубе крейсера, искатели воды, овце­воды, — все они и есть огромный людской мир, живущий на страницах повести разумной, созидательной жизнью.
 
 Правда, К. Паустовский, следуя принятому им в этом про­изведении очерковому принципу, не изображает, за редкими исключениями, характеров своих героев в последовательном развитии. Он встречается со своими героями в определенные моменты их жизни и в большинстве случаев как бы интервью­ирует их. Но такая манера нисколько не мешает, благодаря мастерству художника, видеть его персонажей живыми, пол­нокровными людьми.
 
«Черное море» стало важным этапом в творческой жизни К. Паустовского. [/sms]
03 июн 2008, 11:28
Читайте также
Информация
Комментировать статьи на сайте возможно только в течении 100 дней со дня публикации.