Последние новости
04 дек 2016, 17:43
Девушка погибла в результате сильного наводнения в испанском городе Малага, сообщает...
Поиск



» » » » Сочинение"«...Чем больше я вглядывался, тем яснее я видел Христа». (Поэма А.А. Блока «Двенадцать»)"


Сочинение"«...Чем больше я вглядывался, тем яснее я видел Христа». (Поэма А.А. Блока «Двенадцать»)"

Сочинение"«...Чем больше я вглядывался, тем яснее я видел Христа». (Поэма А.А. Блока «Двенадцать»)"К.Чуковский в статье «Александр Блок как человек и поэт» вспоминает интересный эпизод: «Гумилев сказал, что конец поэмы «Двенадцать» (то место, где является Христос) кажет­ся ему искусственно приклеенным, что внезапное появление Христа есть чисто литературный эффект. Блок слушал, как всегда, не меняя лица, но по окончании лекции сказал задум­чиво и осторожно, словно к чему-то прислушиваясь: «Мне тоже не нравится конец «Двенадцати». Я хотел бы, чтобы этот конец был иной. Когда я кончил, я сам удивился: почему Христос? Но чем больше я вглядывался, тем яснее я видел Христа. И тогда же я записал у себя: к сожалению, Христос».
 
[sms]Поэма «Двенадцать» была создана после долгих размыш­лений поэта о судьбах родины, отразившихся во всем его творчестве, пронизанном ощущением неминуемой катастро­фы. В поэме четко ощущаются два плана: один — конкрет­ный, реальный, вытекающий из непосредственной сути изоб­раженных событий, другой — скрытый, условно-символичес­кий вытекающий из общего восприятия революции как «ми­рового пожара».
 
Мотив движения — главный мотив и ритмико-интонацион-ной и содержательной структуры «Двенадцати». Носителями его становятся герои поэмы, выступающие одновременно и как ре­волюционный дозор, и как апостолы нового мира. Ассоциация с этими библейскими персонажами возникает благодаря не слу­чайно выбранному числу — двенадцать, хотя поэт нисколько не идеализирует своих героев: «В зубах цигарка, примят картуз, на спину б надо бубновый туз». Эти люди, идущие по завьюженно­му революционному Петербургу, не остановятся перед кровью и убийством. Революция, по мысли Блока, выплеснула на авансце­ну истории массу — носительницу стихийных сил, которая ста­новится движущей силой мирового исторического процесса. Даже двенадцать красноармейцев ощущают себя песчинками того мирового вихря, размах и силу которого чувствуют представите­ли враждебного революции мира: «писатель, вития», «барыня в каракуле», «невеселый товарищ поп».
 
С первых строк второй главки перед нами возникает слит­ный образ:
 
Гуляет ветер, порхает снег,
 Идут двенадцать человек.
 
Единый образ двенадцати освещается автором с разных сто­рон. Герои — представители низов общества, тот город­ской слой, который сосредоточил в себе огромный запас нена­висти к «верхам». «Святая злоба» владеет ими, становясь чув­ством высоким и значительным. Решая для себя проблему рево­люции, Блок в то же время как бы напоминает героям об их высокой миссии, о том, что они провозвестники нового мира. Так логически подготавливается финал поэмы. Ведь Блок не просто ведет красногвардейцев-апостолов через двенадцать глав из старого мира к новому, он еще показывает процесс их преоб­ражения. Среди двенадцати только Петруха назван по имени, остальные одиннадцать даны в виде нерасчленимого образа массы. Это одновременно и апостолы революции, и широкое символическое воплощение низов общества. Какова же цель этого движения? Каков исход? «Идут без имени святого все двенад­цать вдаль». И их незримый враг вовсе не нищий пес голодный (символ старого мира), ковыляющий позади. От него, от голод­ного пса — старого мира — красногвардейцы только отмахива­ются. Их беспокойство и тревога вызваны кем-то другим, кто все мелькает впереди, прячется и машет красным флагом.
 
— Кто там машет красным флагом?
— Приглядись-ка, эка тьма
! — Кто там ходит беглым шагом,
 Хоронясь за все дома?
 
Духовно слепым «двенадцати» не дано видеть Христа, дл них он незрим. Эти апостолы нового мира только смутно чув­ствуют его присутствие. Их отношение к Христу трагически двойственно: они окликают его дружеским словом «товарищ» и вместе с тем стреляют в него. Но Христа нельзя убить, как нельзя убить в себе совесть, любовь, жалость. Пока живы эти чувства, жив и человек. Несмотря на кровь, грязь, преступле­ния, все то «черное», что несет с собой революция, есть в ней и «белая» правда, мечта о свободной и счастливой жизни, ради которой ее апостолы и убивают, и умирают. Значит, Христос, призрачно возникший в финале поэмы, является у Блока символом духовно-нравственного идеала человечества.
 
Вся поэма строится на контрастах: контрастах цвета, кон­трастах темпа и мелодики стиха, контрастности действий ге­роев. Открывается поэма строками:
 
Черный вечер.
 Белый снег.
Ветер, ветер!
 На ногах не стоит человек.
 Ветер, ветер
На всем Божьем свете!
 
Черное небо и белый снег — символы того двойственного, что совершается на свете, что творится в каждой душе. Гроз­ный вихрь нарушает спокойное течение жизни, принимает все­мирные масштабы, очистительная буря революции несет новые идеи, несовместимые со всем устоявшимся укладом старого мира. Вместе с тем революция — это и кровь, грязь, преступ­ления, Блок не скрывает ее черной стороны. В поэме «Двенад­цать» дана беспристрастная оценка совершающихся событий, Блок-символист соседствует здесь с Блоком-реалистом. Крас­ный цвет тревоги, бунта периодически появляется на страницах поэмы («В очи бьется красный флаг»). Цветовая гамма почти исчерпывается этими тремя цветами, символизирующими глав­ные стороны жизни революционного Петрограда.
 
Действия и чувства героев контрастны, они мгновенно пе­реходят от любви к «черной злобе», от убийства к отчаянию; услышав оправдание «нынешним временем», Петруха тут же «опять повеселел» и готов на грабежи.
 
 Народная стихия пронизывает поэму, расширяя «личный» план повествования и углубляя «общественный». Централь­ный кульминационный эпизод поэмы — убийство Катьки — является вершиной драматических страданий Петрухи — од­ного из «двенадцати», который в отличие от своих товарищей никак не может подавить своих чувств: то бешеной ревности к неверной Катьке, то глубокого отчаяния и любви к ней, то мрачного приступа тоски от всего окружающего.
 
Казалось бы, какое историческое значение могут иметь переживания самого обычного, далеко не идеального челове­ка7 Но в этом и сказалась гениальная прозорливость Блока. Он сосредоточив внимание на интимно-личных переживани­ях человека, раскрыл их социальную и общественную значи­мость. Поэт сумел уловить зарождение опасной тенденции подавления ради идеи всего личного, которая впоследствии приведет к нравственной деформации общества.
 
Идейный смысл поэмы не исчерпывается художественным изображением конфликта старого и нового миров. Для этого было бы достаточно образов буржуя и голодного пса. Конф­ликт поэмы скрыт глубже — в душе бандитов-красногвардей­цев, идущих «без имени святого», которым «ничего не надо, ничего не жаль». Будучи призваны следить за порядком, они готовы стрелять в любого не глядя, не раздумывая, ожидая, что «вот проснется лютый враг»...[/sms]
09 апр 2008, 15:22
Читайте также
Информация
Комментировать статьи на сайте возможно только в течении 100 дней со дня публикации.