Последние новости
02 дек 2016, 22:57
Президент США Барак Обама подпишет закон о 10-летнем продлении санкций против Ирана,...
Поиск



» » » » Сочинение "Изображение человеческих страстей в «Маленьких трагедиях» А.С. Пушкина. (На примере одной из трагедий — «Моцарт и Сальери»)"


Сочинение "Изображение человеческих страстей в «Маленьких трагедиях» А.С. Пушкина. (На примере одной из трагедий — «Моцарт и Сальери»)"

Сочинение "Изображение человеческих страстей в «Маленьких трагедиях» А.С. Пушкина. (На примере одной из трагедий — «Моцарт и Сальери»)"«Маленькие трагедии» — действительно маленькие, короткие истории, но столь захватывающие, что прочитываешь их «одним вздо­хом». Сюжеты о Дон Жуане или о Моцарте и Сальери были известны и до Пушкина, не только он использовал их в своем творчестве, но именно Пушкин сумел преподнести эти легенды так ярко и вырази­тельно, что они стали для большинства настоящей и непреложной истиной. Очень сильна эмоциональная сторона трагедий. Характеры героев, их поведение представлены чрезвычайно ясно. Читатель вме­сте с ними переживает их внутреннюю борьбу, сомнения, страх. Не зря на «Маленькие трагедии» написано множество музыкальных про­изведений, сняты фильмы, поставлены чудесные спектакли. Это тво­рение Пушкина вдохновляет своими сильными образами, красивыми и жуткими сценами (пир во время чумы, приближение Каменного гостя...). Есть здесь и страх, и любовь, и страсть, и предательство. Одна из таких трагедий — «Моцарт и Сальери». Смерть великого Моцарта была предметом разных произведений, есть различные ее интерпретации. Пушкин в своей версии взял за основу одну из чело­веческих страстей — зависть. Трагедия «Моцарт и Сальери» выгля­дит как картина, в которой второй план контрастнее первого. Так, именно Сальери является ее главным героем. Именно его мучитель­ные переживания, страшная зависть не бездарного, но посредственного композитора — главная завязка сюжета. А на первом плане мы видим беззаботного гения, который с одинаковой легкостью резвится по балам, веселится с прекрасными девушками и пишет музыку. Музыку которая безумно восхищает и подавляет Сальери. С одной стороны, он понимает, что перед ним гений, но с другой - он не может осознать такой несправедливости судьбы:
 
[sms]Все говорят: нет правды на земле.
 Но правды нет и — выше.
 
 Сальери, который трудился всю свою жизнь, добился лишь не­значительной части того, чем владеет этот юноша от природы. Как-то Моцарт, чтобы позабавить Сальери, притаскивает с собой с улицы бродягу — скрипача. Тот, страшно коверкая, исполняет произведе­ние Моцарта. Вместо смеха Сальери приходит в негодование:
 
Мне не смешно, когда маляр негодный
 Мне пачкает Мадонну Рафаэля...
 
Его еще больше задевает отношение Моцарта к своей музыке. Моцарт исполняет ему несколько «новых своих мыслей», и Сальери в который раз удивлен и возмущен беспечностью гения:
 
 Ты с этим шел ко мне
И мог остановиться у трактира
 И слушать скрипача слепого! — Боже!
Ты, Моцарт, недостоин сам себя.
 
Никогда раньше Сальери не был завистлив, но Моцарт уничтожа­ет его своим совершенством. Он перечеркивает все созданное Саль­ери за всю его жизнь. И Сальери признается самому себе:
 
 ...А ныне — сам скажу — я ныне
Завистник. Я завидую; глубоко,
Мучительно завидую. — О небо!
Где ж правота, когда священный дар,
Когда бессмертный гений — не в награду
Любви горящей, самоотверженья, 
Трудов, усердия, молений послан —
А озаряет голову безумца,
 Гуляки праздного? О Моцарт, Моцарт!
 
Муки Сальери, его нестерпимая душевная боль, его страсть — зависть к Моцарту выпирает со второго плана, пульсирует, насторажи­вает. И однажды все-таки прорывается на поверхность. Сальери решает отравить своего кумира и мучителя, считая это своим долгом:
 
Нет! Не могу противиться я доле,
 Судьбе моей: я избран, чтоб его
Остановить — не то мы все погибли,
 Мы все, жрецы, служители музыки,
Не я один с моей глухою славой...
 
 Невольно вспоминается здесь библейский сюжет, когда Иуда принимает на себя миссию предать Христа. Моцарт предчувствует свою смерть, по странному совпадению он пишет заказ — реквием В трактире он заговаривает об этом с Сальери, рассказывает о стран­ном заказчике и признается:
 Мне день и ночь покоя не дает
 Мой черный человек. За мною всюду
Как тень он гонится. Вот и теперь
Мне кажется, он с нами сам-третей
Сидит.
 
Вообще если поинтересоваться источниками, то таинственный заказчик реквиема был скорее пронырливым, чем роковым. Пото­му что причиной его таинственности было желание купленный рек­вием выдать за свое произведение. Но у Пушкина эта фигура пред­стает черным человеком, вестником смерти. И нельзя сказать, что он не прав. Как известно, у всего есть две стороны. Любой мистике можно найти объяснение. Но зачастую именно необъясненное и является истинным. Страшный человек действительно сидит с ними третьим — это замысел Сальери, который не медлит подать Мо­царту бокал с ядом. Его не смущает вопрос Моцарта: «Ах, правда ли, Сальери, что Бомарше кого-то отравил?» И одна из самых зна­чительных фраз трагедии:
 
Он же гений,
 Как ты да я. А гений и злодейство —
Две вещи несовместные. Не правда ль?
 
 И вот уже отравленный Моцарт играет свой великий реквием, теперь уже несомненно посвященный ему самому. Он уходит. Саль­ери один. Он выполнил свой долг, но что же теперь? Что измени­лось? Сальери остается посредственным композитором, а музыка Моцарта продолжает звучать, восхищая миллионы людей. А к Саль­ери приходит страшное осознание:
 
 Ты заснешь
Надолго, Моцарт! Но ужель он прав
 И я не гений? Гений и злодейство
 Две вещи несовместные. Неправда:
 А Бонаротти? или это сказка
 Тупой бессмысленной толпы — и не был
Убийцею создатель Ватикана? [/sms]
28 мар 2008, 11:50
Читайте также
Информация
Комментировать статьи на сайте возможно только в течении 100 дней со дня публикации.