Последние новости
03 дек 2016, 15:27
Украинские силовики стягивают минометы, танки и реактивные системы залпового огня (РСЗО)...
Поиск



» » » » Сочинение: «Нравственная целина» казачества (по роману М. Шолохова «Поднятая целина»)


Сочинение: «Нравственная целина» казачества (по роману М. Шолохова «Поднятая целина»)

Сочинение: «Нравственная целина» казачества (по роману М. Шолохова «Поднятая целина»)Народ может простить писателям многое, но не может про­стить молчания во времена, когда решается его судьба. Именно такое переломное для народа время отражено в романе Михаи­ла Александровича Шолохова «Поднятая целина». События, изображенные в романе, происходят на Дону в самый разгар коллективизации. Создавая «идиллию» колхозной жизни, выда­вая желаемое за действительное, Шолохов тем не менее, зная не понаслышке обстановку в Ростовской области, сумел сказать о коллективизации правду, пусть не в полный голос.

Начинается коллективизация в хуторе Гремячий Лог под ру­ководством двадцатипятитысячника Семена Давыдова, рабочего Краснопутиловского завода, приехавшего по зову партии, чтобы привести «крестьянина на пролетарском буксире к социализ­му». Многое в романе кажется противоречивым, но зачастую за­кономерным. С одной стороны, мы видим, как меняется нравст­венный облик казаков. Давыдов старается воздействовать на со­знание сельчан своим собственным примером, когда ставит рекорд на самой трудной сельской работе — пахоте: «Умру напашне, а вспашу десятину с четвертью!», и задел этим самолю­бие казаков. После этого даже Антип Грач, самый забитый бед­ностью и неудачами казак, вспахал столько же.
[sms]
За несколько месяцев изменилось сознание крестьян: стали казаки трудиться на колхозном поле. Примером для них слу­жит Кондрат Майданников, совестливый и трудолюбивый чело­век, который «колхозную копейку уронит, а две поднимет».

С другой стороны — нравственное падение человека. Необхо­димость расстаться с кровным, нажитым, с теми, кого ты кормил и кто кормил тебя, оборачивается крушением мира для казаков. И как бы в предчувствии конца света, они начинают уничтожать стельных коров и овец, молодняк. В сцене раскулачивания Гаева Шолохов показал окончательное падение людей. Беднота, до­рвавшаяся наконец до чужого добра, бесчинствует. С упавшего старика Лапшинова Демид Молчун стянул валенки и надел на себя. Ушаков рвал из рук хозяйки гусыню до тех пор, пока не оторвал голову. Любшин щеголяет в шароварах, отобранных у соседа, жена Ушакова в новой юбке, снятой с кулацкой девки, а детишки их получили одежонку, возможно, с детей Таева. Да­же Андрей Разметнов, председатель сельсовета, отказывается идти раскулачивать, «с детишками воевать». «Разве это дело! Пришли мы — как они взъюжались. На мне ажник волос ворох­нулся! Бабы — по-мертвому, водой отливали сноху, детей», — говорит он. И так в каждой семье раскулаченных.

Так на практике осуществлялся социалистический гума­низм, который, отвергая общечеловеческие ценности, пропове­довал классовые приоритеты — любовь к человеку социально близкому и ненависть к классовому врагу, даже к детям кото­рого не допускалось сострадание: «А они нас жалели?» — кри­чит Давыдов, вспоминая свое детство. Нагульнов же в припадке ненависти говорит Разметнову: «Жалеешь? Да я, тысячи стано-ви зараз дедов, детишек, баб... Да скажи мне, что надо их в рас­пыл. Для революции надо. Я их из пулемета всех порешу!» На­гульнов готов все проблемы решать при помощи револьвера: наганом бьет единоличника Банника по голове, заставляя везти семенное зерно в общественный амбар, в другой раз с наганом в руках обороняет колхозный амбар от бунтующих баб.

Таким образом, грабеж, присвоение чужого были официаль­но разрешены и одобрены, давали законные основания для про­явления самых низменных чувств и устремлений — зависти, стяжательства, давая выход злобе, мстительности, то есть осво­бождая от моральной ответственности каждого соучастника творимого преступления. Это можно объяснить, но не оправдать, отчасти тем, что обращение людей в иную веру — «кол­хоз», часто сопровождающееся насильственными методами, требование отказаться от веры в Бога, не посещать церковь, ко­торая для русского народа всегда была неотъемлемой частью жизни, поломало привычный стиль жизни, моральные устои. Отчасти тем, что тогда многие, особенно молодежь, с оружием В руках защищая власть Советов, думали, что путь в счастли­вое будущее лежит через насилие и кровь.

Мне кажется, что идея коллективизации потерпела не толь­ко историческое, но и моральное поражение. Многие критики сейчас спорят, изменил ли талант Шолохову, так как в своем романе он все-таки написал полуправду. Но наверное, людям свойственно идеализировать действительность, когда они уве­рены в своей правоте. Шолохов не избежал этой участи. Закан­чивая роман, писатель утверждает веру в новую жизнь, мечту о лучшем: «За невидимой кромкой горизонта алым полымем озарялось сразу полнеба, и, будя к жизни засыпающую приро­ду, величавая и буйная, как в жаркую летнюю пору, шла по­следняя в этом году гроза».[/sms]
27 ноя 2007, 09:38
Читайте также
Информация
Комментировать статьи на сайте возможно только в течении 100 дней со дня публикации.