Последние новости
09 дек 2016, 23:07
 Уже вывешивают гирлянды. Готовятся к Новому году. Кто-то украшает живую елку,...
Поиск

» » » » Сочинение: «Навеки любовью ранен»


Сочинение: «Навеки любовью ранен»

Сочинение: «Навеки любовью ранен»Одна из вечных тем в литературе — тема любви — прохо­дит через все творчество В. Маяковского. «Любовь — это серд­це всего. Если оно прекратит работу, все остальное отмирает, делается лишним, ненужньш. Но если сердце работает, оно не может не проявляться во всем», — считал поэт.

Жизнь Маяковского со всеми ее радостями и горестями, болью, отчаянием — вся в его стихах. Произведения поэта рассказывают и о любви, и о том, какой она была. Любовь-страдание, любовь-мука преследовала его лирического героя. Откроем поэму «Облако в штанах» (1914), и нас сразу, с пер­вых строк охватывает тревожное чувство большой и страст­ной любви:
[sms]
Мама! Ваш сын прекрасно болен!
Мама! У него пожар сердца.

Эта трагическая любовь не выдумана. Сам поэт указывает на правдивость тех переживаний, какие описаны в поэме:

Вы думаете, это бредит малярия?
Это было,
было в Одессе.
«Приду в четыре», — сказала Мария.


Но исключительное по силе чувство приносит не радость, а страдания. И весь ужас не в том, что она безответна, а в том, что любовь вообще невозможна в этом страшном мире, где все продается и покупается. За личным, интимным просвечивает большой мир человеческих отношений, мир, враждебный чув­ству. И этот мир, эта действительность отняли у поэта люби­мую, украли его любовь. И Маяковский восклицает: «Любить нельзя!». Но не любить он не мог. Прошло не более года, и сердце вновь разрывают муки страсти. Эти его чувства находят отражение в поэме «Флейта-позвоночник». И снова не радость, а отчаяние звучит со страниц поэмы:

Версты улиц взмахами шагов мну,
Куда уйду я, этот ад тая!
Какому небесному Гофману выдумалась ты,
проклятая?!
Обращаясь к Богу, поэт взывает:
...слышишь! Убери проклятую ту, которую сделал моей любимою!


О том, что поэт так и не нашел в любви праздника, счастья, говорят другие произведения Маяковского 1916—1917 годов. В поэме «Человек», звучащей гимном человеку-творцу, она предстает в образах, выражающих лишь страдание:

Гремят на мне наручники, любви тысячелетия...
И только боль моя острей — стою, огнем обвит,
на несгораемом костре немыслимой любви.


В стихах, обращенных к любимой, столько страсти, нежности и вместе с тем сомнения, протесте, отчаяния и даже отрицания:

Любовь!
Только в моем воспаленном мозгу была ты!
Глупой комедии остановите ход!
Смотрите — срываю игрушки-латы я, величайший Дон Кихот!


В 20-е годы Маяковский пишет одну за другой поэмы «Люб­лю» (1922), «Про это» (1923). Поэма «Люблю» — это лирико-фи-лософское размышление о любви, о ее сущности и месте в жиз­ни человека. Продажной любви поэт противопоставляет чувст­во истинное, верное, которое не могут смыть ни ссоры, ни версты. Но и в поэме «Про это» лирический герой вновь предстает перед читателями мятущимся, страдающим, мучи­мым, неудовлетворенным. Поэт глубоко переживает, что радос­ти жизни его не коснулись:

В детстве, может,
на самом дне,
девять найду
сносных дней.
А то, что другим?!
Для меня б этого!
Этого нет.
Видите —
нет его!


Дальше, обращаясь из будущего в настоящее, поэт с горе­чью замечает:

Я свое, земное, недожйл,
на земле свое недолюбил.


Конечно, нельзя ставить знак равенства между лирическим героем и автором. Но то, что в поэме «Про это» отразились ре­альные переживания автора, — это несомненно.

Любовь поэта была сильна. Но уже в 1924 году, в стихотво­рении «Юбилейное», в задушевной беседе с Пушкиным Мая­ковский с улыбкой сообщает: «Я теперь свободен от любви и от плакатов». И, оглядываясь на прошлое, с едва заметной ирони­ей говорит:

Было всякое: и под окном стояние, письма,
тряски нервное желе. Вот
когда и горевать не в состоянии — это,
Александр Сергеевич,
много тяжелей... ...Сердце
рифмами вымучь — вот
и любви пришел каюк...


Эти строки, разумеется, не отрицают любви вообще. В сти­хотворении «Тамара и Демон», опубликованном в феврале сле­дующего года, Маяковский с грустью констатировал: «Любви я заждался, мне 30 лет». А в стихотворении «Прощание» ирони­зирует:

Где вы,
свахи?
Подымись, Агафья! Предлагается
жених невиданный. Видано ль,
чтоб человек
с такою биографией был бы холост
и старел невыданный?!


Сердце поэта жаждало любви, но она не приходила. « как-нибудь один живи и грейся», — пишет поэт в одном из стихо­творений. Сколько горечи в этих словах, горечи, которую в полной мере испил Маяковский. Но он не мог согласиться с несбы­точностью любви:

Послушайте!
Ведь, если звезды
зажигают —
Значит — это кому-нибудь нужно?
Значит — это необходимо,
чтобы каждый вечер
над крышами
загоралась хоть одна звезда?!


Поэт не мыслит себя без любви — идет ли речь о возлюб­ленной или обо всем человечестве. На самой высокой лиричес­кой ноте завершаются стихотворения «Лиличка!», «Письмо Та­тьяне Яковлевой». Чувства поэта на высшем пределе. Он дей­ствительно навеки ранен любовью. И рана эта незаживающая, кровоточащая. Но как бы драматично ни складывалась жизнь поэта, читателя не может не потрясти сила этого чувства, кото­рое вопреки всему утверждает непобедимость жизни. Поэт имел все основания говорить:

Если я чего написал, если чего сказал —
Тому виной глаза-небеса, любимой моей глаза.
[/sms]
26 ноя 2007, 15:29
Читайте также
Информация
Комментировать статьи на сайте возможно только в течении 100 дней со дня публикации.